Невинная оговорка полностью

Мило? Я посмотрела на спину Натана. Это же просто глупое хобби, не так ли? Или это место, где Натан развлекается, флиртует и, возможно, даже забывает обо мне?

— Я так рада, что ты пришла, — сказала Джоан. — Донна говорила, что ты прикольная. Круто тусоваться с ещё одной крошкой.

В её голосе не было ни унции злобы. Я не знала, чему верить. Если бы я спросила у Донны, не слышала ли она что-нибудь про Натана, она бы увидела трещину, которая образовалась в нашем браке, а я не хотела, чтобы люди в нас сомневались. Это напомнило мне о моих родителях, им было бы лучше врозь. Они ненавидят друг друга, но отказываются разводиться. Родители Натана, наоборот, любили друг друга, но не смогли уберечь их брак от разрушения.

Натан обернулся и посмотрел на меня. Он был слишком далеко, чтобы услышать, но мог чертовски хорошо видеть. Я обернула руку вокруг Джоан, обрадовавшись, что Натан нахмурил брови.

— Давай — ка выпьем, — предложила я. — И не это девчачье пиво, которое пьют наши мужчины. Я хочу тяжёлую артиллерию.

Она подпрыгнула от восторга.

— Я так и знала, что ты мне понравишься.

Натан наблюдал за нами так долго, насколько я могла видеть его, и затем мы повернулись к нему спиной и прошмыгнули на случайно освободившиеся места у барной стойки.

Я помахала бармену и заказала коктейль Олд фешен [7] для всех. Обычно я старалась избегать тропы, выбранной моим отцом-алкоголиком, но сегодня мой мир перевернулся с ног на голову, поэтому я не сопротивлялась. Джоан никогда его не пробовала, поэтому она устроила представление из каждого глотка.

— Он такой крепкий, — кричала она, а затем. — О господи, женщина, ты раздвоилась.

Я чокнулась с ней.

Мужчины столпились вокруг табло со счётом и по очереди катали шары по узкой дорожке.

Кегли улыбались мне, пока Натан не сбил их все. Я аплодировала со своего барного стула. Он посмотрел в нашем направлении. Возможно он был прав в том, что это была плохая идея — проводить время врозь. Делает ли это меня плохой женой? Я никогда не задумывалась, может он хотел видеть меня здесь, как думали эти женщины.

Лазерные лучи рассекали темноту. У моего стула была хромая нога, поэтому он шатался от моих малейших движений. От бурбона я сразу же окосела.

Я и была плохой женой. Я всё еще ощущала прикосновение пальца Финна к моей нижней губе. Капелька пота стекала по моему затылку, где лежала его рука. Я всё ещё слышала глухой удар от падения проигрывателя на пол. Я куплю ему новый, получше, чтобы компенсировать разрушение его маленького провозглашения свободы.

Я приподняла вырез моей блузки. В квартире Финна было душно, и я скучала по этому теплу. По его горячему дыханию, его жаркому телу. Я закрыла глаза и подумала о матрасе на полу, а что если он спал обнажённым, а простыни были отброшены в сторону. Моя липкая кожа, скользящая по его коже. Я прикусила губу.

— Мы никогда так не напивались, — Алиса перегнулась через колени Джоан, чтобы достать до меня. Она тоже выпила Олд фешен или два. — Ты плохо на нас влияешь.

Я злобно улыбнулась.

— Я стараюсь.

— Ты придёшь в следующую среду? — спросила Джоан. Она почти хныкала, как будто я уже сказала нет.

— И испорчу игровое время Натана? — спросила я. — Чёрт, да.

Казалось, они не поняли мой намёк, что он флиртовал с ними, особенно с Джоан. Они смеялись и смеялись. И я присоединилась к ним. Я чувствовала, что моя тушь осыпалась после долгого дня. Я лизнула палец и постаралась её вытереть.

— Ты делаешь только хуже, — сказала Джоан. — Давай я попробую.

Она намочила свой палец. Я вздрагивала каждый раз, когда её ноготь оказывался в опасной близости от моего глазного яблока. — Я думаю эта тушь перманентная.

— Проклятье, — сказала я слишком громко. У неё были густые и длинные ресницы. — Твой макияж совершенен. Как это у тебя получается?

Она разразилась пламенной речью о растекающейся подводке. Поэтому она пользовалась чёртовой тушью — кого вообще это волновало? У меня степень по коммуникациям и внимание двух божественных мужчин. Интересно, счёл бы Финн Джоан привлекательной? Я попыталась быть субъективной. Единственное в чём мы были похожи это тёмные волосы. Её формы были более пышными, и она их подчёркивала. Никто из нас не выглядел, как изящная блондинка Кендра. Я прикрыла глаза. Желчь поднялась к моему горлу, мне пришлось отогнать образ Кендры и её дочери прочь.

Я достала телефон и позвонила моему брату, спросить какой тип женщин его привлекает сегодня.

— Я сплю, — было его ответом.

— Ещё даже не полночь, — воскликнула я.

— Позвони мне, когда у тебя будет ребёнок, пьяница, — и он повесил трубку.

Я захихикала. Эндрю не любит, когда его будят. Я люблю его, потому что когда мы с Натаном пытались забеременеть, он не относился ко мне как к стеклянной.

Я не была уверена, сколько прошло времени, когда Натан нашёл меня.

— Мы уходим.

— Ещё пять минут, — Донна попросила у него.

— Ладно, — он кивнул мне, — встретимся снаружи у входа.

Я ухватилась за стойку, чтобы сохранить равновесие.

— Нат, подожди, стой…

Он не сдвинулся с места и нахмурился.

— Что?