– Это была не моя идея, – машинально пытаюсь оправдаться и смотрю Максу прямо в глаза. Своим властным и грозным тоном он выбивает меня из колеи, и я снова превращаюсь в маленькую беспомощную девочку. Я все еще боюсь этого самолюбивого карьериста в темном костюме и накрахмаленной белой рубашке. Он, как обычно, одет с иголочки, над его волосами явно поработал стилист, чтобы темные густые пряди выглядели небрежно. Его взгляд пронизан пренебрежительным высокомерием и злостью. Это и так ясно, ведь я у него как кость в горле. Макс нервно сжимает салфетку в руке и прерывисто дышит, сдерживая гнев. Необходим срочный тайм-аут. Собрав все свое самообладание, говорю:
– Мне нужно отойти на минуту. А вы пока закажите мне чашечку зеленого чая.
Макс вздергивает бровь от удивления, его пальцы замирают над журналом. Пока он не успел ничего ответить, криво улыбаюсь, выскакиваю из-за стола и почти бегом пускаюсь на поиски уборной.
«Дыши. Дыши», – повторяю себе. Надо собраться и не потерять достоинство. Смотрю на себя в зеркало и вспоминаю курс по психологии от Алисы. Лучшая защита – нападение. Когда говоришь громко, твоя речь звучит увереннее. И самое главное оружие – корона. Поправляю ее на голове и расправляю плечи. Только после этого могу вернуться к столику. Перерыв пошел на пользу нам обоим. Макс выглядит спокойным, и его знаменитая маска безразличия снова украшает лицо. Журнал закрыт и отложен в сторону, на столике появился зеленый чай, Макс пьет крепкий черный кофе.
– Прошу прощения, – пытаюсь произнести эту фразу как можно слаще. Удобно усаживаюсь в кресло, ставлю сумочку рядом, неторопливо делаю глоток чая и только потом поднимаю взгляд на Макса. Все это время он пристально меня рассматривает, явно заметил перемену, поэтому меняет тактику. Я не отвожу глаз, мой взгляд говорит: «Я не боюсь тебя, Макс Штерн. Неважно, что будет дальше».
– Так на чем же мы остановились? А, да. Фотографии. Не понимаю, что вас возмущает, Макс? Мое личное дело, как фотографироваться, где и с кем. А материал был посвящен исключительно моей персоне, поэтому не вижу повода для волнения, – замолкаю, чтобы оценить обстановку, и делаю еще один глоток чая. Ничего нельзя понять по взгляду Макса или по языку его тела, он для меня – закрытая книга, мастер маскировки. Тогда я решаюсь на бо´льшую дерзость и добавляю крайне игривым тоном:
– Или фотографии имели возбуждающий эффект?
Только это смогло вывести его из равновесия, замечаю это по глазам. Ответ следует незамедлительно:
– Что вы выпили в дамский комнате, Николь? Зелье храбрости? – Макс расплывается в довольной улыбке.
– Нет-нет, что вы, я поправляла свою корону.
Мы снова смотрим друг другу в глаза, словно это детская забава: кто первый отведет взгляд, тот проиграл. На самом деле каждый пытается понять, что сейчас между нами происходит и что у каждого на уме. Нарушаю тишину первой:
– Так вы не ответили на мой вопрос. – Пытаюсь поставить Макса в неловкое положение, но он специалист по выкручиванию.
– Низкосортный материал в дешевом журнале, где низкопробная скандалистка попыталась прославиться за счет обнаженки. А вы знаете, что не умеете позировать?! Такое творчество не может иметь возбуждающего эффекта ни на кого, – Макс пытается язвить.
– Тогда зачем вы взяли в руки этот журнал?
– Ради любопытства, – настает время Макса оправдываться.
– А зачем вы нежно поглаживали мою фотографию, когда я удалилась в уборную?
– Что?! Я ничего подобного не делал, – запинаясь, быстро говорит Макс.
– Знаю, что не делали. Просто проверяла.
Кажется, мне удается выбить у Макса почву из-под ног. Он немного нервничает, это видно по пальцам, которые барабанят по столику. И я смело улыбаюсь, смакуя каждую секунду этого зрелища. Но мой триумф длится недолго, Макс громко и неестественно смеется.
– Зелье храбрости пошло вам на пользу. Принимайте его чаще и вскоре достигнете моих высот. А теперь прошу меня простить, у меня много дел, в отличие от вас.
– Конечно же, я вас прощаю. До свидания, Макс.
– До свидания, Николь.
Он быстро собирается и уходит, а я остаюсь в ресторане одна, чтобы допить свой любимый зеленый чай. Это моя первая победа над Максом. Я как сумасшедшая улыбаюсь, мне хочется смеяться и прыгать. Остается лишь одна загадка: почему мои фотографии так разозлили Макса? Объяснение на поверхности, но я даже боюсь произнести его. Неужели?
– Кто звонил? – спрашивает Алиса, когда я возвращаюсь за столик. В клубе слишком шумно, поэтому пришлось выйти на улицу, чтобы ответить на звонок.
– Из Agent Provocateur, – мне приходится наклониться к подруге, чтобы она меня услышала.
– Круто, – читаю ответ по губам. Алиса удивлена. – Что они хотели?
Мне не хочется отвечать. Во-первых, слишком шумно, во‐вторых, не желаю, чтобы Алиса знала подробности. Поэтому предлагаю поговорить потом, в тишине. Втайне надеюсь, что она забудет об этом. Оставшийся вечер мы проводим на танцполе. Когда уже сил танцевать не остается, допиваем коктейли и собираемся домой. Но уже в такси Алиса продолжает разговор.
– Рассказывай, чего хотят Agent Provocateur.
