– Они наконец-то согласились на мое участие в фотосессии. Я добивалась этого целый месяц.
– Целый месяц? Зачем тебе это нужно? – подруга не скрывает удивления. И ее огорчает тот факт, что она была не в курсе. – Тебе понравилось появляться обнаженной в журнале?
– Не обнаженной, а в белье. Это разные вещи. И да, мне понравилось. – Я жутко зла на подругу. Ее допросы становятся все неприятнее и неприятнее. За окном автомобиля мелькают дома, расплываясь сверкающими пятнами, и пропадают вдали. Смотрю в пустоту. Слава богу, Лиса не стала больше ничего спрашивать. А что я должна ей ответить? Что уже месяц нахожусь в нервной пытке, постоянно держу телефон при себе, вздрагиваю от каждого звонка и с замиранием сердца смотрю на экран? И каждый звонок – горькое разочарование. И с чего я решила, что могу его заинтересовать? Макс не звонит, не пишет, не посылает ко мне своих «ручных псов». Ничего. Он решил, что игнорировать меня – это лучшее наказание, и он прав. Самое главное – это значит, что я ему безразлична. Инцидент с фотографиями был единственной эмоциональной вспышкой. Он – высокомерный негодяй, а я – наивная дура.
Вскоре мы с Лис доезжаем до дома, так ни разу и не заговорив. Вижу, что она хочет спросить о чем-то еще.
– Говори! – С этим нужно покончить вне дома, чтобы разговор не стал бесконечно долгим. Мы останавливаемся на крыльце. Кругом тихо, пройдет пара часов, прежде чем небо с каждой минутой будет светлеть на один тон, пока солнце окончательно не вытеснит тьму.
– Это же все ради Макса?
В ответ только тяжело вздыхаю.
– Я так и знала. У тебя же вся страница переполнена твоими обнаженными фотографиями.
– Не обнаженными, а в белье. Это разные вещи, – снова поправляю подругу.
– Неважно, Николь. Ты всерьез думаешь, что это привлечет его внимание?
– Ведь один раз сработало. – Я злюсь, Алиса закатывает глаза. – Неважно, я все равно отказалась от предложения Agent Provocateur.
– Это ненормально, Николь. Остановись, ты ему не нужна. Мне очень жаль, но это правда. Забудь его, надо радоваться, что все кончено и тебе больше никто не досаждает. Но ты будто сама напрашиваешься на новые проблемы. Зачем? – Алиса переходит на крик.
Я закрываю лицо ладонями. Внезапно мне становится очень холодно. Ночь – время откровений. Слова больно жалят, но в них истина. Пора это признать. Тишина вакуумом окутывает нас. Лучше бы Алиса дальше кричала, тогда не было бы слышно моих рыданий.
– Милая моя, прости меня, – успокаивает меня Лиса, но я не желаю ее слушать.
– Не говори ничего.
К счастью, Лис молчит и обнимает меня. Как же хорошо иногда поплакать на плече у подруги.
Этой ночью так и не могу уснуть. Чтобы успокоиться, устраиваюсь на диване в гостиной, накрыв ноги пледом. На коленях мирно шумит лэптоп на подставке, рядом струится пар от горячего зеленого чая. А я листаю свою страницу, рассматривая записи за этот месяц. Я много писала о работе и поделилась с подписчиками, что у меня появилась соседка, моя лучшая подруга Алиса. Этот месяц был насыщенным.
Десятки комментариев собрала запись о моем официальном разводе. Теперь в истории с Алексом стоит точка. К моему удивлению, мы попрощались очень тепло и без нервов. Я пожелала ему счастья и поблагодарила за все, что было. Он сказал то же самое в ответ, обнял меня и, забрав остатки вещей, ушел. Я смотрела на закрытую дверь, пустые полки в шкафах, такая же пустота ощущалась в душе. Острая боль давно сменилась тихой меланхоличной тоской. Такое бывает после того, как дочитаешь понравившуюся книгу, расставаться с полюбившимися героями невыносимо больно, но знаешь, что это конец и продолжения не будет. Нужно просто закрыть книгу, поставить на полку и наслаждаться послевкусием. Дальше – новые книги, новая жизнь.
А в новой жизни позволяю себе то, на что раньше не решилась бы. Несколько откровенных фотографий появились в моем профиле и стали весьма популярными у моих подписчиков. Я фотографировала себя в зеркале, делала селфи, два раза нанимала профессиональных фотографов, чтобы несколько раз в неделю в блоге появлялись мои снимки в новом образе. Я решила, что это верный способ проверить интерес Макса ко мне. Была уверена, что между нами пробежала какая-то искра. Мне хотелось верить, что он следит за моими постами, смотрит на фото и ему не все равно. Но ни первые фотографии, ни последующие не принесли никаких плодов.
Несколько раз мне хотелось позвонить Максу. Но я не знала, что сказать, когда он поднимет трубку. Все сводилось к глупой фразе: «Привет, я та самая Николь, которая портила тебе жизнь, а теперь ждет от тебя комментариев к своим фотографиям». Я могла бы прийти в офис к Максу, но у меня не было ни одного разумного повода, а ставить себя в неловкое положение не хотелось.
