– Такого на моей памяти не случалось. Его сиятельство ценит комфорт собственного дома. И всегда строго следует правилу ночевать здесь, если не выезжает за пределы Монтежара, естественно. Это… сложно объяснить.
Тогда не удивительно, что экономка встревожилась. И что ещё показалось любопытным: видно, она каждый раз терпеливо дожидалась возвращения хозяина дома, раз знает о его привычках так много и так в них уверена.
– Я пойду с вами. – Иалина взяла женщину под локоть и посмотрела вопросительно, ожидая, когда та поведёт её куда нужно.
Где находятся покои шевалье, ей не было известно. Мадам Бранта, кажется, хотела возразить, но отчего-то не стала. Они прошли по коридору ещё немного, повернули в боковой ход и скоро остановились у двери. Экономка громко постучала и прислушалась к тишине, что царила за ней. Выждав немного, постучала вновь. Послышалось неразборчивое бубнение, шаги, и в следующий миг выглянул шевалье, встрёпанный и порядком помятый.
– Я, конечно, извиняюсь, мадам… – Он перевёл сонный взгляд на Иалину. – Мадемуазель… Но какого чёрта?
– Его сиятельство ещё не вернулся, – тут же выпалила женщина.
Гарсул сразу подобрался, выражение его лица стало более осмысленным.
– Который час?
– Очень поздний. Вы знаете, где его сиятельство может быть?
Шевалье жестом поманил женщин в комнату и, как только они вошли, начал спешно одеваться. Иалина осмотрелась в его сдержанных, даже аскетичных покоях. Вот уж воистину даже по убранству спальни можно многое понять о человеке. И потому становилось вовсе не удивительно, что месье Гарсул не был женат и не имел, похоже, никаких особых привязанностей.
– Я не знаю, где он. – Мужчина покосился на поздних гостий, застёгивая строгий чёрный камзол. – Удивительно, правда? Но предполагаю, кто знать может. Потому и поеду сейчас туда.
– Я поеду с вами! – выпалила Иалина.
Шевалье помотал головой. Да и экономка даже вздрогнула от такого заявления.
– Исключено, – бросил Гарсул и, схватив по пути кафтан, направился к выходу.
– Я поеду с вами! – повторила Иалина, хватая его за локоть. – И это не обсуждается.
Шевалье приостановил шаг от такого смелого с её стороны жеста. Посмотрел исподлобья, глянул коротко на совсем онемевшую мадам Бранту.
– И с чего вы вдруг начали так о нём печься? – Он хмыкнул. – Кажется, раньше вы его терпеть не могли. Что, считаете себя виноватой в его нынешней странности?
Иалина отступила, пытаясь не пустить на лицо лишние эмоции. Как он, однако, легко угадал все её мысли.
– Это неважно, – уже не так пылко уронила она. – Но я хочу поехать. Так мне будет спокойнее, чем сидеть здесь в неведении.
Гарсул покривился, будто считал её затею несусветной глупостью, а то и капризом неразумной девчонки.
– Жду вас внизу в карете. Оденьтесь соответствующе. Или в халате поедете?
Она быстро закивала и едва не бегом помчалась в свою комнату. Распахнула дверцы шкафа и выбрала почти наобум самое обычное, подходящее для недалёкой дороги платье. Даже не стала надевать корсет, а уж тем более звать служанку. Быстро затянула шнуровку на спине, скрутив жгутом, заколола волосы в пучок и на ходу, спотыкаясь, сунула ноги в самые удобные туфли. Можно было представить, как она сейчас выглядит: наверняка на девицу благородных кровей не походит. Но Иалине было всё равно. Она даже в зеркало не посмотрела.
Благо Гарсул не слукавил: и правда ждал её. Девушка поднялась в карету, даже не приняв его руку, которую он протянул навстречу. Уселась напротив и развела руками в ответ на его слегка удивлённый взгляд.
– Едем, месье?
Тот кашлянул и три раза стукнул в стенку кареты, давая приказ кучеру трогаться. Они резво покатили по тёмным, только кое-где освещённым улицам Монтежара. Иалина пыталась понять, куда именно они едут, но это оказалось совершенно невозможно. Оказывается, ту часть города, где жили в основном аристократы, она знала очень плохо.
Одно порадовало: ехали недолго. Карета остановилась у закрытых ворот небольшого, построенного уже в современной манере поместья. Гарсул вышел и позвонил в колокольчик, звук которого прозвучал где-то вдалеке, у самого дома. Вытянутого, невысокого, с рядами арочных окон и увитыми плющом стенами. Показалось уже, что никто так и не придёт. Но вот из темноты, ведущей к главному входу аллеи, показался дворецкий с тусклым фонарём в руке.
– Доброй ночи, месье, – вежливо и совсем не раздражённо обратился он к Гарсулу. – Чем могу быть полезен?
– Доброй ночи, – видно было, что шевалье старается не говорить слишком быстро. – Я хотел бы увидеть госпожу де Парсель.
– Её милость спит. Уже очень поздно, месье, – спокойно ответил слуга так, будто который час было известно только ему.
– Я знаю. Но дело очень важное. Это касается маркиза де Коллинверта. Передайте ей, пожалуйста.
Дворецкий нахмурился и перевёл взгляд поверх плеча шевалье на карету, из которой тревожно выглядывала Иалина, прислушиваясь к их разговору.
– Его сиятельство был сегодня здесь, но скоро уехал.
– Прошу вас, месье, – с ощутимым напором и нарастающим раздражением повторил Гарсул. – Передайте графине…
