— А что бы их ещё заставило терять драгоценное время, когда мы неотступно висим на хвосте? — возразил Брендискок.
— Мериадок прав, — вздохнул Радагаст. — Пираты действительно могли испытывать проблемы с провиантом в последние дни.
— Но как это может быть, если трюмы их корабля полны продовольствия? — недоумевал Пиппин.
— Запасы продовольствия они вполне могли пополнить в небольшой рыбацкой деревушке, что расположена на реке в двадцати милях южнее нас, — пояснил маг.
— Наверное, мальчишки-охотники, которых мы вчера встретили, оттуда и явились, — предположил Сэм.
— Скорее всего, — кивнул Радагаст. — Ведь это ближайшее к нам селение.
— Да чего гадать? — воскликнул Мерри. — Нужно плыть туда скорее и выяснять уже всё на месте.
— Э-э… — замялся Пиппин и многозначительно постучал по своим рогам.
— Да не бойся ты, — махнул на него рукой брат. — Мы тебя спрячем. В крайнем случае Радагаст превратит тебя на время во что-нибудь неприметное…
— Ну уж нет! — скрестив руки на груди, насупился Пиппин. — Больше ни в кого превращаться я не желаю!
— Ладно, довольно болтать, — произнёс Сэм, пощупав своё бельё. — Одежда уже подсохла, можем выступать.
— Ух! Да ты у меня красотка! — довольно пробормотал Валенд
Покрытая с внешней стороны великолепным растительным барельефом и гладкая внутри, тарелка ярко блестела в лучах вечернего солнца, отбрасывая на стены комнаты многочисленные блики. Ещё несколько таких же тарелок виднелись среди грязной и запыленной посуды, небрежно сваленной в кучу прямо посреди спальни Валендира. Сам же виновник этого беспорядка — щуплый и невзрачный молодой человек лет двадцати пяти — сидел тут же на полу и приводил в товарный вид всё это богатство при помощи тряпки и тазика с водой.
А то, что это было самым настоящим богатством, сказал бы даже и ребёнок. Ведь Валендир добыл эту посуду в древних Южных Курганах Далпигиса, причём унёс с собой оттуда только предметы из золота и серебра. Кстати, в княжестве Релметер, где парень родился, подобное занятие называлось мародёрством и каралось тюрьмой либо отрубанием рук. А вот в соседних Кихуриан Кине и Риколисе на это смотрели сквозь пальцы. Как и в Сленте, где Валендир жил последние шесть лет.
К слову, Слент являлся независимым портовым городком, расположенным на реке Талерхант между Кихуриан Кином и Риколисом — центральными областями Средиземья, которые с очень большой натяжкой можно было назвать полноценными государствами. И хотя в них вроде как имелась официальная власть, на самом деле ей мало кто подчинялся. Население Кихуриан Кина и Риколиса, как и некоторых других соседних стран, составляла довольно разномастная публика, слишком уж любившая личную свободу и яро бунтовавшая против любой дисциплины.
И в особенности это касалось последнего времени, когда Тёмный Владыка Саурон окончательно пал. Пожалуй, он был единственным, кому удалось хотя бы частично подчинить своей воле местных жителей и организовать какое-то подобие государственных управленческих структур, сохранившихся почти в первозданном виде и поныне. Так как победители с Запада не пришли сюда наводить свой порядок после войны, то Кихуриан Кин и Риколис продолжали существовать в прежнем режиме, разве что ресурсы этих стран теперь уже не уходили в Мордор…
Именно поэтому Валендир и обосновался в Сленте. Мягкие законы и продажность местных чиновников позволяли всем желающим беспрепятственно заниматься в этих краях поиском и сбытом предметов старины. Чем Валендир с успехом и промышлял уже несколько лет. При этом он категорически не считал себя мародёром. Не был он и вором, хотя некоторыми подобными навыками по роду своей деятельности и овладел. Тем не менее к таким, как он, тут относились уважительно и именовали либо просто Копателями, либо более высокопарно — охотниками за сокровищами.
Правда, как бы его профессия ни называлась, она всё равно оставалась не только захватывающей, но и порой крайне опасной. Помимо многочисленных конкурентов, на этом поприще трудилось немало разных проходимцев, для которых вообще не было ничего святого. Поэтому Валендир никогда не действовал в одиночку, часто пользуясь услугами наёмников, не имевших дурной репутации. Причём с некоторыми он настолько сработался, что теперь они в каждой такой вылазке неизменно составляли костяк его команды.
