Но, как затем все убедились, обоняние Валендира не подвело. Когда отряд наконец достиг упомянутого холма, над которым ещё издалека наблюдалось подозрительное роение степных орлов и воронья, то с восточной его стороны обнаружилось небольшое селение. Точнее — его обгорелые останки. Дым тоненькими струйками ещё поднимался над пепелищем, и, судя по этому, пожар здесь случился несколько часов назад.
Валендир торжествующе оглядел отряд.
— Ты был прав, — признал Хилун и указал на торчавшие в обугленных брёвнах оплавленные наконечники стрел. — Тут явно побывали кочевники…
— Причём совсем недавно, я бы даже сказал — сегодня утром, — заметил здоровяк Сарт. — А значит, ушли недалеко, особенно если награбили чего…
Беглый осмотр деревни подтвердил их слова — помимо десятков обгоревших человеческих и собачьих тел, всюду встречались относительно свежие отпечатки множества конских копыт.
— Интересно, сколько всего было кочевников? — задумчиво пробормотал Валендир, с содроганием взирая на весь этот ужас.
— Достаточно, чтобы перебить всё население этой несчастной деревушки, — заметил Ильдан. — А ведь она была укреплена. Думаю, степняков было не меньше пятидесяти.
— Многовато даже для нас, — мрачно произнёс Хилун, окинув отряд оценивающим взглядом.
— С местными они не церемонились, — добавил длинноногий Корсен. — Кажись, всех убили. Даже собак не пожалели…
— Не всех, — не согласился с ним Сарт и указал на цепочку человеческих следов, видневшихся в дорожной пыли и ведших на восток. — Кое-кого, похоже, взяли в плен.
— Хм, они ушли в ту же сторону, куда идём и мы, — поморщился Хилун. — Может, нам стоит взять немного южнее?
— Я бы не хотел сходить с дороги, — тут же отозвался Гурин. — Я знаю только её, а если начнём бродить наугад, то быстро собьёмся с верного курса.
— Я тоже против всяких блужданий, — поддержал его Валендир. — Тем более что явной угрозы нам нет — горизонт от кочевников или их становищ чист во всех направлениях. Так что можем спокойно продолжать путь.
— Не совсем чист, — возразил Хилун и указал рукой на восток. — Видишь там вдали тёмные точки и пятна? Это деревья и рощи. И если верить Гурину, то, чем ближе мы будем подходить к Лебяжьему Озеру, тем больше будет там высокой растительности. Следовательно, где есть деревья и кустарник, там высока вероятность нарваться на засаду.
— Согласен, — кивнул Валендир. — Но что-то мне совсем не хочется удлинять наш и без того не короткий путь, в особенности без местного проводника. И пока нет прямой угрозы, предлагаю придерживаться выбранного маршрута. В противном случае будем действовать по обстоятельствам.
Как ни странно, прочие участники экспедиции оказались на стороне Валендира, и Хилуну ничего не оставалось, как подчиниться мнению большинства. В скорби и тревоге ватажники покинули разорённую деревню и направили коней по прежней дороге на восток. До самого вечера они ехали по ней, но никаких степняков так и не встретили, хотя теперь путь отряда нередко пролегал среди кустарников и рощ низкорослых деревьев.
Однако на закате солнца, когда последние красные лучи светила залили багрянцем всю равнину, искатели сокровищ снова вынужденно остановились. На этот раз по знаку остроглазого Корсена, что-то разглядевшего впереди.
— Смотрите! — воскликнул он, пристав в седле и указывая рукой вдаль. — Видите, там, у дорожного камня…
Его спутники напрягли зрение, пытаясь рассмотреть нечто тёмное в четверти мили от них, но так ничего и не разглядели.
— Что там? — спросил Хилун. — Кочевники?
— Снарги… — прищурился Корсен. — Три… нет, четыре штуки. Кажется, на кого-то напали…
— На человека? — оживился Валендир.
Некоторое время Корсен не отвечал, напряжённо всматриваясь в вечернюю дымку, а затем кивнул.
— Похоже, на то. Он отбивается от них ногами…
— Может, кто уцелевший из той сожжённой деревушки? — предположил Валендир и оглядел товарищей. — В любом случае мы обязаны ему помочь. Вперёд! — он дёрнул поводьями и помчался по дороге, увлекая за собой остальных.
Чтобы достичь путевого камня, им понадобилось совсем немного времени. При этом отряд разделился и зашёл к месту схватки с трёх сторон. А там, как и сказал Корсен, четыре здоровенных птицеящера, покрытые короткими перьями грязно-серого цвета, с визгливым клёкотом нападали на одного безоружного юношу, который почему-то отбивался от них лишь ногами. Увлечённые охотой, появления новых действующих лиц хищники заметили только в непосредственной близости, когда было уже поздно. Засвистели стрелы, и три тонконогие твари умерли раньше, чем успели развернуться к новой угрозе. Однако четвёртая птица оказалась шустрее своих неудачливых товарок и успела скрыться в северном направлении невредимой, перебирая лапами с невероятной скоростью.
— Хвала Небесам! — вздохнул тут спасённый человек. — Я уж думал — мне хана!
