– Но я разрешаю тебе остаться только до того момента, как луна снова станет полной.
Фаиса разочарованно вздохнула, но молча кивнула в ответ и осторожно спросила:
– Спасибо, но… – львица взглянула на луну и снова на львов, – вы тоже останетесь здесь?
Друзья молчали, будто не понимали, о чём говорит Фаиса.
– Я это к тому, что… – продолжила львица, – пришли гиеновидные собаки, поэтому мы должны уйти.
– Нет.
Ванини решительно покачала головой. Друзья ничего не сказали, но всем видом показывали, что согласны со своей предводительницей.
– Мы никуда не уйдём, – повторила Ванини, – это наша земля. И мы защитим её!
Фаиса удивилась:
– Но как же гиеновидные собаки?
Ванини ещё только предстояло найти ответ на этот вопрос. И всё же одно она знала точно – она ни за что на свете больше не будет скитаться.
Она не хотела жить как львица без собственных земель, как львица, которая не могла рычать, когда захочет. Ванини пока не знала, как, но собиралась защитить Чёрные земли. Друзья чувствовали то же самое, их решение остаться с Ванини не требовало подтверждения.
– Р-р-ра-а-а! – громко взревел Чамбо.
– Р-р-ра-а-а! – Парабар, Найла и Аиша взревели вместе с ним.
Рёв прайда Ванини разнёсся по всем Чёрным землям.
– А-у-у-у!
После возвращения на плоский валун Чамбо и Парабар попеременно взвыли, давая всем в саванне знать, что Чёрные земли – их территория. В этот раз Парабар не забыл пометить границы, хотя друг даже не говорил ему этого делать. Было заметно: Парабар старается изо всех сил.
На горизонте медленно забрезжил рассвет. Настало время восхода солнца, скоро начнётся новый день. Однако в мыслях друзей всё ещё было темно. Их плечи сникли, а хвосты подрагивали. Львы шли обратно всю ночь и за это время трижды попадали под дождь. Они устали и обессилели.
Не успела Аиша добраться до плоского валуна, как тут же упала на живот. Чамбо и Парабар тоже плюхнулись на землю. Найла присела и вытянула шею, будто не собиралась расслабляться, но и она выглядела уставшей. За всю ночь никто так и не заснул.
Ванини стояла, вытянувшись во весь рост на плоском валуне, и безучастно смотрела на Чёрные земли – её мысли были где-то далеко.
В зарослях Чёрных земель можно было едва насчитать несколько холмов, на которых росло одно-два дерева, больше ничего – плоская равнина. Не было ни рек, ни озёр. Дождевая вода скапливалась только там, где росла густая трава.
В сезон засухи львам приходилось выдерживать по нескольку дней без единого глотка воды. И всё же это была их территория.
Одна только мысль о том, чтобы покинуть эти края, заставляла Ванини снова почувствовать себя беззащитным львёнком, изгнанным из прайда. Найти пропитание не составило бы большого труда. Три львицы и два льва смогут охотиться где угодно. Ванини беспокоилась, что возникнут сложности с хозяевами чужих территорий, но если оставаться бдительными, то и этой проблемы можно было бы с лёгкостью избежать. Теперь их прайд – пять взрослых львов – стае гиен с ними не справиться. Они смогли бы так выживать и дальше.
Но это была бы не жизнь льва.
Ванини обернулась к друзьям. Все смотрели на неё. Ждали решения главы прайда.
«Если бы я была бабушкой Мадибой!» – мысль о бабушке каждый раз задевала её за живое. Она думала, что Мадиба была не права, когда выгнала её, ранив до глубины души, назвав бесполезным львёнком. Но Мадиба сохранила свой прайд.
«Ты осталась всё такой же маленькой, но теперь у тебя смелый взгляд. Взгляд предводительницы собственного прайда».
Только спустя время бабушка Мадиба сказала эти слова Ванини, но та не стала возвращаться обратно и ушла навсегда. Ушла с собственным прайдом. Дядя Асан верил в Ванини до самого конца, пока не «вернулся в саванну».
«Что бы ты сделала на моём месте? Как бы защищала территорию, как бы позаботилась о прайде?» – Ванини хотелось побежать к бабушке и расспросить её обо всём. Она была готова на коленях умолять её ответить.
– Сестра, – вдруг сказала Найла.
Ни Ванини, ни Найла больше не были детьми Мадибы.
Мадиба сама так сказала. А ещё она сказала, что если они встретятся вновь, то она будет относиться к ним как к чужакам. И Мадиба никогда бы не поступила с незнакомым львом так, как Ванини поступила с Фаисой.
Вдруг в голове Ванини всплыли образы и других львиц.
«А что, если спросить бабушку Дану? Или наших мам?»
Ванини спрыгнула с плоского валуна и побежала туда, где собиралась вода. В отражении её ждала львица, похожая на матерей Ванини. Куда бы Ванини ни пошла, львица встречала её у воды. Казалось, матери шептали ей: «Ничего страшного, возвращайся к нам».
– Ванини, что случилось? – спросила Найла, тоже подбежав к воде.
В отражении теперь показалось две львицы. Парабар, Чамбо и Аиша следом подошли к воде.
Теперь Ванини знала, что сделать, и повернулась к друзьям:
– Мы не покинем Чёрные земли.
– Не бывать этому! – Чамбо оглядел заросли и угрожающе зарычал.
– Я больше боюсь скитаний, чем гиеновидных собак, – сказала Аиша.
Найла казалась более решительной:
