– Даже самые пропащие наглецы склонятся перед тобой!
– О великая Кичани, число твоих обожателей растёт день ото дня! Все восхваляют твою отвагу!
– Каждая гиена с радостью присягнёт на верность дочери покойной королевы Валибу!
Кичани оглядела толпу довольным взглядом.
– Зачем говорить такие серьёзные слова перед таким ничтожным существом? Давайте сначала разберёмся с львицей, – сказала королева гиен и повернулась к Фаисе: – Пришлось попотеть, чтобы наконец отыскать тебя. Ты пыталась скрыть свои следы, но мерзкий львиный запах не скроешь!
– Замолчи, ничтожество! – закричала львица. – Это вы, мерзкие твари, пожираете собственных сородичей!
Обидные слова львицы ничуть не задели королеву гиен.
– А ты что предлагаешь, оставлять тела сородичей на растерзание кочевым муравьям? Не слишком ли это жестоко? В любом случае мне всё равно, что думает какая-то львица. Сегодня у моей стаи слишком хорошее настроение. Ты припасла нам отличный подарок. Уйди с дороги – и я оставлю тебя в живых.
– Этому не бывать! Вам придётся убить меня, чтобы добиться своего! – закричала Фаиса так, словно и вправду была готова умереть сию же секунду.
Ванини восхитилась её мужеством, но никак не могла понять, ради чего львица рисковала собственной жизнью.
«О каком подарке говорила Кичани? – подумала львица. – О жизни Фаисы? Но она была готова расстаться с ней. Значит, она защищала жизнь кого-то другого? Получается, она не одиночка?»
Кичани медленно приближалась к львице – гиены следовали за королевой.
Фаиса ощетинилась.
Гиены всегда медленно крадутся к жертве, а затем резко набрасываются. Чем дольше они растягивают страшную сцену, тем тревожнее становится добыче, и она перестаёт здраво мыслить. Тогда королева внезапно атакует, и со всех сторон набрасываются остальные гиены. Добыча падает от ударов, даже не успев обнажить когти.
Фаису ожидало именно это. Она оказалась лицом к лицу с целой стаей гиен и изменить ход событий уже не могла.
– Р-р-ра-а-а!
Из травы внезапно выскочили Ванини и Парабар.
Ванини заметила самца гиены, стоявшего сразу за Кичани.
Парабар нацелился схватить самку чуть крупнее королевы гиен. Львы атаковали гиен, впиваясь острыми клыками им в шеи.
– Р-р-р-р-ра-а-а! – Парабар взревел так яростно, что всё его тело завибрировало от оглушающего звука.
– Хи-хи… И-и-и!
Смех гиен перешёл в жуткий визг. Гиены в страхе бросились врассыпную.
– Подождите! Куда вы! Вернитесь! – взывала к подданным молодая королева.
Но было слишком поздно.
Гиены боялись вернуться и лишь издалека наблюдали за королевой. Страх гиены перед львом перевешивает голод и верность. Только что на их глазах львы растерзали сородичей.
Ванини беззвучно шагнула к Кичани, та вздрогнула от ужаса и повернулась к львице. Их взгляды встретились, и на мгновение все заросли погрузились в тишину. Даже насекомые, казалось, перестали шуршать в траве.
Ванини нарушила молчание:
– Убирайтесь отсюда! И чтобы мы больше не видели вас на наших землях!
Парабар зарычал и повернулся к Кичани. Фаиса зарычала вместе с ним, вновь обретя достоинство львицы.
Но Кичани не стала убегать, поджав хвост, – она оставалась королевой своей стаи. Она посмотрела Ванини прямо в глаза и ответила:
– С чего вы решили, что это ваши земли? Нас, гиен, не интересуют законы, установленные львами! Дело гиены – разрушить их, растоптать и растереть в порошок!
– Р-р-ра-а-а! – громко зарычал Парабар.
Гиены бросились бежать с пронзительным криком. На этот раз Кичани последовала за стаей, повернувшись спиной ко львам.
– Р-р-ра-а-а! – Парабар снова взревел и прыгнул в заросли, где скрывались гиены.
Ванини тоже сделала шаг вперёд, готовая броситься в погоню. Но Фаиса преградила путь львам:
– Нет! На шум могут прибежать гиеновидные собаки!
– Пусть приходят! Я им покажу, кто здесь хозяин!
Парабар яростно зарычал. Он взбесился оттого, что какая-то львица указывала ему, что делать, и был готов выступить против Фаисы. Ванини тоже не хотела оставлять дерзость гиен безнаказанной. Она не чувствовала приближения гиеновидных собак и не хотела, как Фаиса, трястись от страха перед опасностью, которой даже не было на горизонте. Ванини и Парабар твёрдо знали: Чёрные земли – территория их прайда.
Но Фаиса, прижав хвост, взмолилась:
– Не надо. Давайте больше не будем ссориться…
Вдруг из-за валуна, который самоотверженно охраняла Фаиса, донёсся тихий плач:
– У-ау! У-ау-у-ау!
Наконец все увидели источник звука – это были львята, четверо крошечных детёнышей. Они ещё даже не открыли глаза и копошились в расщелине, толкаясь и залезая друг на друга.
– Р-р-р-р-ра-а-а!
Над Чёрными землями пронёсся небывало мощный рёв львицы. Его нельзя было перепутать с другими – это была Найла. Она вернулась. Тут же вдалеке послышался радостный возглас Аиши. Их приветствие эхом отозвалось в зарослях и отголосками долетело до кустарников у желтокорой акации.
Ванини и Парабар дремали в тени, спасаясь от полуденной жары. Они тут же вскочили и бросились в заросли, радостно приветствуя друзей.
Сова-сипуха, которую разбудил ретивый рёв львов, разразилась сердитым криком:
