– Врачи посоветовали подремонтировать «дыхалку» в спелеолечебнице. Если по-русски, то в соляной шахте на глубине четырех сотен метров. Через три дня выписываюсь. Домой полечу из Камска. У меня просьба. Мой товарищ по лечению с вашего лакокрасочного завода пообещал без фондов отгрузить нам контейнер краски. Если есть возможность, дайте человечка помочь с оформлением и отгрузкой.
– Валдис, я о вас думал лучше. Приехал в мои края и даже не дал знать. А это, может быть, мой единственный шанс отплатить вам за неоднократно проявленное гостеприимство. Чем записать есть? Диктую два номера. Первый – мой прямой телефон. Второй – нашего снабженца. Зовут его Сидором Семеновичем. Завтра с ним свяжитесь. Поручите своим ребятам сбросить ему по факсу копии документов, и он все исполнит в лучшем виде. От вас требуется одно: получить удовольствие от общения с Владиславом Скачко. Намекаю, в Камске имеются местечки, которые на вид, звук и вкус не хуже, чем в Таллине и в его окрестностях.
Директор «Стрелы» встретил таллинского гостя по высшему разряду. Позавтракали в кафе при СТО, созданном по подсказке Валдиса. Три часа ушло на экскурсию по станции, еще час – на осмотр поселка. По пути в аэропорт заехали на «лакокраску» подписать необходимые документы и посетили ресторан, определенный Владом для «отвального» обеда.
В ресторане, прежде чем приступить к банкетной программе, Влад вручил гостю редкий по тем временам подарок: триммерную газонокосилку, недавно освоенный «ширпотреб» местного приборостроительного «почтового ящика».
Обеденный разговор Скачко начал с вопроса:
– Валдис, на бланках, которые вы подписывали, ваша фирма значится как кооператив. Если не секрет, в чем дело?
– Коллега, вы, как всегда, наблюдательны. От вас секрета нет, но при одном условии: за столько лет добрых отношений нам пора перейти на «ты». Прозит! – он поднял рюмку. – Владислав, тебе не показалось, что в «Законе о кооперации», принятом в мае, имеется много любопытного и соблазнительного для делового человека?
– Откровенно говоря, нет.
– Не сердись, но это неправильно. Сейчас в стране происходят изменения, которые просто необходимо отслеживать: на пользу они тебе или во вред. Полезные следует не мешкая брать на вооружение. От вредных обороняться всеми имеющимися силами. Через недельку после ввода в действие «Закона о кооперации» один умный человек обратил мое внимание на наличие в нем таких льгот и прав, которых нет у государственных предприятий. Тех самых, где я кормился, а ты все еще продолжаешь это делать. Самыми аппетитными я бы назвал право на самостоятельное ценообразование и распоряжение фондами поощрения без контроля сверху. Это поле, на котором есть где развернуться!
– Развернуться можно, но не нам. Мы-то находимся в казенной кабале, – без энтузиазма среагировал Скачко.
– Владислав, мы же с тобой с детских лет за баранкой. Представим, что ты водитель на служебном автомобиле. А дома у тебя свой «Москвич». Вопрос: ты бензин для него будешь покупать за свои кровные?
– Вряд ли. Сэкономлю и отолью из служебного бензобака.
– А я тебе что предлагаю? Прикинув, что и сколько можно иметь от получения кооперативных привилегий, я немедленно пошел к Батьке. Так мы шефа зовем, он родом с Полтавщины. Показал ему указ, расчеты. И затеял с ним разговор: «Батька, надо срочно тикать в кооператоры!» – «А ты знаешь шлях, по которому надо тикать?» – «Пока нет, но добрые люди подскажут». – «Ты мне оставь эти бумажки. Я их почитаю, кое с кем посоветуюсь, и тогда продолжим нашу розмову».
Валдис оглянулся по сторонам: не слишком ли громко он занимается экономическим просвещением? Вроде бы нет.
– Дня через три он меня пригласил: «Я тебя вынужден огорчить. Шляха, по которому можно топать прямо в кооператоры, в наших местах нет. Можно только по оврагам. Это „по оврагам“ выглядит так: ты увольняешься и организуешь кооператив при нашей станции. Законом, которым ты у меня под носом махал, это позволено. И будем помаленьку сливать все, что пригодится, из государственного бака в кооперативную канистру. Пойдет дело хорошо – будем переливать больше. Если плохо, закроем хату на засов. Сразу договариваемся: если одна из двух наших лавочек почувствует себя худо, ее глава идет к конкуренту. Официально – заместителем. Между нами – в партнеры».
– Неужели удалось? – проявил любознательность Скачко.
– Мы ожидали, что организацию кооператива при СТО придется пробивать с боем, но все прошло как по маслу. Министерству и горкому надо было отрапортовать о реакции на новое решение партии и правительства. Теперь докладываю. Кооператив под названием «Avotonânâ», что в переводе означает «Автоняня», успешно работает год и три месяца. Суммарная выручка двух фирм, при тех же площадях и кадрах, на сорок процентов выше. Хотя цены не задираем. Выигрыш идет за счет увеличения номенклатуры услуг. От комиссионной продажи автомобилей до «тюнинга». Ты знаешь такое слово?
– Улучшение, отделка?