– Понял. Но ставлю вас в известность, что когда я сообщил по телефону представителю Евросоюза о том, что наша область выбрала КЗК, он попросил поторопиться с формальностями. Подобных всем понятных проектов мало, а желающих их получить много. Чтобы поезд не ушел без нас, я сейчас буду созваниваться с Юрием Владимировичем, чтобы доложить о задержке.
Внешник четко, по-военному, развернулся через левое плечо и вышел из кабинета. В этот момент и прозвучало его искреннее пожелание двум заместителям Главы поперхнуться.
Отловить своего шефа в Углекамске Внешнику удалось лишь через три часа в кабинете мэра. Зато после его лаконичного доклада Брюллов немедленно набрал прямой номер Дьякова.
Как и три десятка лет назад, один на один или в своей компании они были на «ты». На людях, естественно, по имени-отчеству.
– Сашка! Ты так и не завизировал мою заявку в Евросоюз?
– Пока нет. Твой подопечный, надеюсь, объяснил, почему? Если он этого не сделал, мы люди не гордые, повторю.
– Повторять не надо. Лучше послушай. Ты в моем огороде ничего не забыл, и твое шатание по нему мешает мне работать. Вопросы внешних связей и промышленности не в твоей компетенции. В том числе и политический аспект. В чужих советах по этой проблеме я не нуждаюсь и за принятое решение, как всегда, отвечаю. Это вступление. Теперь основной текст. Если через пятнадцать минут канцелярия мне не доложит, что письмо передано фельдсвязи, пеняй на себя.
– Пожалуешься губернатору?
– Обижаешь. На первой же оперативке я просто смешаю тебя с говном. Ты же знаешь, что у меня это получается. Над тобой, Саня, будут смеяться все, включая стенографисток. Это хуже, чем строгий выговор.
– Ладно, не делай из мухи слона. Завизирую. Но нам надо будет потолковать, твой тон недопустим.
– Как ты говорил в молодости, игра покажет. А теперь сверим часы. На моих 13.14. Поторопись.
Телефон на столе мэра Углекамска подал голос через семнадцать минут. Звонил Внешник.
– Все в порядке, Юрий Владимирович! Завизированная заявка у меня в руках. Уважьте, поделитесь волшебным словом.
– Товарищ подполковник, делиться волшебными словами и любимыми женщинами – тяжкий грех.
Рассадка участников любого официального совещания – особая наука. Не только протокольная, упакованная в инструкции и рекомендации, но и психологическая, спрятанная между строк. По протоколу первое лицо (босс, шеф, хозяин) занимает место во главе стола. Его подчиненные располагаются вдоль, пропорционально числу звезд на своих реальных или условных погонах. Чем больше звезд, тем ближе к трону. Но в эту простую схему может вносить поправки психология. Между шефом и его первым заместителем может вклиниться вроде бы невзрачный советник, который в данный промежуток времени является доверенным или даже незаменимым.
На совещаниях и оперативках у Атаманова торжествовал протокол. Сам он располагался за перекладиной П-образного длинного стола. Вдоль «ножек» этого «П» с двух сторон располагались его соратники. Первый стул справа занимал председатель областного Совета, воплощавший на этом месте высокий статус законодательной власти. Место напротив принадлежало представителю президента.
Когда на совещании присутствовал очень высокий гость, как было, например, во время приезда председателя федерального правительства, он садился на главное место, чтобы поучать, казнить и жаловать. Тогда Атаманов присаживался рядом и скромно поддакивал, или еще скромнее возражал.
Вторые стулья с обеих сторон занимали два первых заместителя Главы: Брюллов и Дьяков. Дальше по алфавиту по три места с каждой стороны занимали «простые» заместители. Замыкали строй руководитель аппарата администрации Полуянов и постоянный приглашенный – мэр областного центра. В двух метрах от стола стояло пять рядов кресел, по восемь в ряду. Для приглашенных, кто чином пониже.
В соответствии с этой дислокацией Брюллов и Дьяков были обречены сидеть друг напротив друга, одобрительно переглядываясь, если их позиции совпадали, и стараясь не встречаться взглядом, если напарник вызывал раздражение.
Очередная оперативка у Главы, которая состоялась спустя четыре дня после инцидента с визированием, подходила к финишу.
– Переходим к «разному», – объявил Атаманов. – Обычно в «разное» включают мелочовку, о которой надо объявить или напомнить. Но сегодня я от традиции отойду. Наша команда отработала свой первый квартал. Можно подвести некоторые итоги. Положительные и отрицательные. Через две недели назначаю совещание с повесткой дня: «О мерах по совершенствованию структуры администрации области». Если выявим что-то серьезное по его итогам, не мешкая внесем изменения. Жду ваших предложений не только по структуре, но и по распределению обязанностей, по регламенту принятия решений. Навязывать свое мнение не хочу, но о некоторых сюжетах, зафиксированных аппаратом, вас проинформирует Андрей Николаевич Полуянов.
Руководитель аппарата Полуянов монотонно, без избыточных эмоций перечислял то, что удалось выловить из анализа документооборота и поступающих жалоб.