– О нашей предстоящей встрече, Руслан Магомедович, я узнал вчера. Общее представление о вашем комбинате у нас имеется, – он протянул Хамчиеву первый альбом. – Я вам его оставлю. Глянете потом: ничего важного не упустили? Если чего-то не хватает, дайте знать. А это, – второй альбом перекочевал к Хамчиеву, – презентация наших предложений потенциальной клиентуре по осуществлению акционирования объекта и приватизации его в интересах конкретных лиц. Шесть клиентов осуществили акционирование при нашей поддержке. Кабельный – седьмой. Отрасли исключительно экспортные. Предприятия средние по масштабам реализации продукции в натуральном выражении. По финансовым показателям в валюте – от богатеев до нищеты. Накопленный опыт акционирования позволяет нам продавать свой товар с гарантией: оплата контракта только после регистрации документов в органах власти. Аванс – двадцать процентов. Срок исполнения – десять рабочих дней. Прайс по видам услуг на последней странице.
– И с приватизацией у вас так же налажено? – притормозил его Хамчиев.
– С приватизацией сложнее. Процентов шестьдесят процедур, которые мы сопровождаем, стандартные, остальное – оригинальная импровизация. Кабельщики – наш самый крупный и сложный заказчик. Сразу предупреждаю. У каждого нашего клиента имеются конкуренты, жаждущие в процессе приватизации отхватить себе самый жирный кусок. Поэтому успех ему мы гарантировать не можем, хотя пока идем без проколов. И еще одна особенность. Мы отходим от общепринятого деления на «исполнителя» и «заказчика». Имеются два соавтора. А то, что один из них платит другому, лишь технологическая процедура. Последнее. Сейчас очень важен фактор времени. За то, что сегодня обойдется в миллион, через год придется выложить три, а то и тридцать. У вас имеются ко мне вопросы?
Хамчиев помолчал, перелистывая альбом, посвященный его комбинату.
– Если не секрет, откуда информация?
– Сборная. Из трех источников. Один – зарубежные обзоры по российским импортерам. Два, извините, конкретно назвать не могу. В общем виде: отраслевая отчетность. Базовые данные достались нам оптом, их обновление ведем ежемесячно. У нас подобные материалы имеются по двум десяткам предприятий в географическом треугольнике Камск – Екатеринбург – Челябинск. Предполагаю, что самым «вкусным» для приватизации. Вы уже третьи, кого мы «угадали» в качестве потенциальных клиентов. У меня встречный вопрос. Чем вызвана необходимость обращения к нам? Насколько я знаю, на комбинате имеются хорошие юристы и аналитики.
– Хорошие, но с нулевым опытом приватизации. Правила игры они изучили, но как некоторые из них обойти, не знают. А для меня это актуально.
Геннадий открыл свой блокнот, достал авторучку.
– Вот об этом желательно подробнее.
В ответ последовал рассказ об избыточной, с точки зрения генерального директора, коллегиальности в управлении будущим акционерным обществом. О нежелании отказываться от социальных «непрофильных активов»…
– Руслан Магомедович. Никто и ничто, кроме вашего же бухгалтерского баланса, не заставит вас расстаться с тем, что вам дорого. Но в условиях реальной конкуренции часто выгоднее нанимать кого-то для выполнения отдельных функций, чем вести собственное «натуральное хозяйство». Если у вас душа к этому не лежит, оставляйте себе на здоровье. Но сомневаюсь, что потянете. Правда, что по прошлому году заказы на титан упали у вас почти в два раза?
Хамчиев с явным неудовольствием кивнул.
– Это временное. Из-за снижения оборонного заказа. Года за три исправим.
– За эти три года расходы на «социалку» пустят вас по миру, комбинат скупят конкуренты, а лично вас выставят за проходную. О вашем единоначалии. Теоретически оно гарантировано при условии, что процентов семьдесят акций будут лично вашими. Но не представляю, как это сотворить для такого дорогостоящего предприятия. Хотя я не вижу повода расстраиваться, если у вас будет просто блокирующий пакет порядка двадцати процентов. В этом случае последнее слово будет за вами, если даже кто-то будет задавать неудобные вопросы. Естественно, придется проявлять в общении с акционерами некоторую гибкость. Это в любом случае продуктивнее, чем пытаться их давить, как танк на полном ходу.
– Тут я с вами, коллега, не соглашусь. Лучше давить, как танк, чем изгибаться, как глист.
Через сорок пять минут Хамчиев и Маевский вошли в переговорную комнату. К этому времени Морозовский и два сотрудника «КамФГ-Аудит» завершили оформление документов по оплате выполненных аналитиками работ.
– Возвращаю вам Геннадия Николаевича с благодарностью, – обратился Хамчиев к Морозовскому. – Мы решили заключить с ним брачный контракт. Завтра ждем его людей у нас в Солегорске.