Выпив на посошок, коллеги стали прощаться. И тут Алекс то ли неожиданно вспомнил, то ли изобразил неожиданность воспоминания еще об одном деле. Из сейфа им был извлечен большой серый незапечатанный конверт. Приоткрыв, он передал его Скворцову со словами:
– Дважды хотел это выбросить, но в последний момент останавливался. Это моя, можно сказать, переписка с четой Дьяков – Лазаренко. Не исключаю, что вашей команде еще придется иметь с ними дело. Если не пригодится, выбросишь сам.
Приехав домой в полночь, Скворцов достал содержимое конверта, просмотрел по диагонали, затем, уже внимательно, прошелся по второму разу. В пакете оказались отчет Дьякова по экспертизе «СОЛТИТ», банковские документы и финальное обращение Алекса к супругам.
С нетерпением дождавшись, когда на Урале начнется рабочий день, Скворцов позвонил Маевскому:
– Мне в руки попал материал, который может очень огорчить одного камского руководящего товарища, который пытался отдать любимую игрушку нашего джигита чужому дяде.
– Вот это подарок. Ты не представляешь, как твоя находка может пригодиться. Сегодня вечерним рейсом вылетай к нам. Я договорюсь со спикером, чтобы он нас завтра принял.
Месяц назад губернатор Атаманов пропустил мимо ушей ни к чему не обязывающий вопрос Аксененко о его отношении к смене места работы. Но когда та же тема прозвучала из уст Вячеслава Вячеславовича, он напрягся.
Старший товарищ позвонил, чтобы поздравить его и Нину с праздниками. Но между делом добавил:
– Министр ухватился за подсказку Аксененко назначить тебя заместителем по рыночному реформированию. Предложение он тебе сделает после подготовки кадровиками штатного расписания по новому направлению. Не уговариваю, но полагаю, что на этом месте ты будешь и державе полезен, и себя не обидишь.
Что сказать? В идее Аксененко было немало привлекательного. Дело интересное, он в нем разбирается. Должность престижная и влиятельная. Чуть ниже, чем сейчас, но без всяких выборов и, опять же, географически поближе к детям, обосновавшимся в столице. Смущало одно: переходя в министерство, он как бы дезертировал из Камска.
Поэтому, когда раздался, что скрывать, желанный звонок министра и последовало предложение. Атаманов ответил уклончиво:
– Да, эта работа мне интересна не менее, чем губернаторская. Но губернатором меня назначил президент, и мой самовольный уход может быть воспринят как бегство с корабля…
Все что угодно, но звонка от Ельцина по этому поводу Атаманов не ожидал.
– Николай Петрович, мне Фадеев[72] задал непростую задачку. Вы мне нужны и в Камске, и для реформирования МПС. В Камске, если говорить по-волейбольному, скамейка запасных длинная. А в МПС даже на площадке игрока не хватает. Поэтому прошу вас принять предложение железнодорожников.
Дальше пошло-поехало.
Кадровик президентской администрации Владимир Токарев не стал проявлять барства и вызывать в Москву. Сам прилетел в Камск с проектом Указа «Об освобождении… в связи с переходом на другую работу» и с табличкой потенциальных сменщиков Атаманова в количестве трех человек: Брюллов, Дьяков, Скачко.
Предварительно Токарев два часа колдовал над списком вместе с представителем президента Дерягиным. Ближе к вечеру оба они нанесли визит губернатору.
– Николай Петрович, без вашего мнения нам не обойтись, – не очень тонко польстил Токарев. – Кого вы видите в наследниках?
Атаманов бегло прошелся взглядом по колонке «достоинства», более внимательно посмотрел «недостатки» и отложил листок в сторону.
– Брюллов всем хорош, но от наших дел он отошел и возвращаться не собирается. Дьяков самый опытный. С его заслугой в борьбе с октябрьским путчем вы переборщили, но президентский референдум, правильно, вытянул он. И то, что порой его заносит, святая истина. Скачко растет не по дням, а по часам, но я до сих пор так и не понял: скороспелость – это достоинство фрукта или его недостаток? Две рекомендации могу дать: уберите из списка Брюллова и вставьте вместо него тебя, Борис Сергеевич. Твое сочетание «плюсов» и «минусов» как минимум не уступает любому из претендентов.
– Мы это знаем, Николай Петрович, – согласился Токарев. – Но все они «калифы на час», вернее, на год. Уже летом начнется выборная кампания. А «демократ» Дерягин, как и вы, на выборы идти не желает.
– Но ткнуть в кого-то пальцем, – продолжил Атаманов, – и уверенно сказать, чтобы назначили именно его, у меня рука не поднимается. Хотя… Если опираться не на аргументы, а на интуицию, то мои симпатии на стороне Скачко.
Спустя неделю Атаманову последовало приглашение на встречу с министром. Беседа продолжалась почти два часа. Николай Петрович обратил внимание, что когда в дверях появился помощник Фадеева и, прервав разговор, напомнил шефу, что через тридцать минут его ждут в Белом доме, министр недовольно поморщился. Впрочем, возможно, его огорчила не прерванная беседа, а предстоящая встреча?