Изменив сеть и качество лесовозных дорог области, планировалось удовлетворить не только технологические потребности лесозаготовителей, но и шестнадцати потребителей – бумажников и переработчиков древесины. Третья «единичка» была социальной и означала повышение возможностей транспортного обслуживания жителей «медвежьих углов» области.
У «Лесных дорог – 3» были еще изюминки. Дороги проектировались и строились с прицелом на дальнейшую их трансформацию из временных лесных в постоянные шоссейные. Изюминкой было и долевое финансирование их строительства: заготовителями, переработчиками и за счет областного дорожного фонда.
Своим соратникам изменение графиков Дьяков объяснил по-военному: «необходимостью концентрации сил и средств». Скромно умолчав, что график, разработанный при Атаманове, исходил из одного принципа – наличия ресурсов. Новый губернатор добавил в этот коктейль «политической выгоды». Финиш каждой из программ был обречен стать крупномасштабным информационным поводом, суммарное эхо которого не должно погаснуть до первого декабря – даты губернаторских выборов.
Одновременно помощники губернатора работали над его личным календарем на ближайшие два месяца: участие в массовых мероприятиях, индивидуальные встречи, командировки в Москву, в районы области.
Неожиданно подоспела еще одна благая весть. С февраля этого года, как и все губернаторы и спикеры российских регионов, Дьяков станет сенатором – членом Совета Федерации. Приставка «и. о.» этому не помешала.
Перечитывая текст телеграммы на бланке с крупной красной надписью «ПРАВИТЕЛЬСТВЕННАЯ», Дьяков подумал: «Вот, Варька, упустила ты шанс станцевать на паркете Кремлевского Дворца».
У воспитанного партией и комсомолом бывшего атеиста, а ныне агностика Дьякова издавна было подозрение, что ведомство, ведающее на небесах судьбами людей, укомплектовано бухгалтерами. Слишком кропотливо они обеспечивают баланс удовольствий и невзгод. Так получилось и с новоявленным сенаторством. Еще не исчез приятный привкус официальной принадлежности к федеральной элите, как на зуб попала мелкая, но горчинка. Во время очередной оперативки Скачко написал Дьякову записку: «А. И.! Не забудьте назначить себе замену на оперативку следующей недели. Мы с вами будем в Москве».
Дьяков в ответ шепнул:
– Задержись после окончания.
Когда они остались одни, губернатор спросил:
– Что за поездка? Я первый раз слышу.
– Вчера пришла телеграмма. Содержание примерно следующее: «… просим принять участие в совещании по организации работы Совета Федерации второго созыва, которое состоится 12 февраля в 11.00 в администрации президента, адрес, номер кабинета». Подпись Егорова[74]. А вы такой не получали?
– Нет. Может, созывают только законодателей? Ну, ладно. Спасибо, что предупредил.
«Опять не обойтись без „палочки-выручалочки“», – подумал Дьяков, набирая номер Токарева.
– Владимир Константинович, администрация на двенадцатое вызывает нашего спикера Скачко. Мне он очень нужен дома, именно в этот день. Нельзя передвинуть его визит?
– Я не в теме, Александр Игоревич. Выясню – перезвоню.
Минут через тридцать Токарев пояснил, что Скачко вызывают на совещание персонально. Участников всего двенадцать. Скачко попал в их число как «конструктивный автор отмены налоговых преференций республикам». Рекомендовал его недавно созданный Совет законодателей.
Повесив трубку. Дьяков выругался:
– Только поверил, что никого впереди, как перед глазами возникла знакомая жопа.
Совещание в администрации президента оказалось интереснейшим. Из двенадцати приглашенных восемь были руководителями исполнительной власти и четыре – спикерами. Из губернаторов Владислав опознал только трех: орловского, самарского и красноярского. Зато все спикеры оказались знакомыми по учебе в АНХ.
Первую половину дня с участниками совещания вместе и по отдельности беседовали два заместителя Егорова и два помощника президента. Интересовались их мнением по структуре комитетов, реакцией на процедуру избрания председателя Совета Федерации, его заместителей и председателей комитетов. Стало ясно, что с участниками совещания не только консультируются. Это явно были смотрины, но на этом этапе «женихам» даже не намекнули, какая невеста им будет предложена.
Вторая половина дня полностью ушла на беседу с помощниками президента и вице-премьером правительства на одну, но очень разветвленную тему: какие проблемы их региона сегодня представляются наиболее острыми и как их решать? Впервые в жизни Владислав почувствовал себя если и не на самом Олимпе, то на ближайшей к нему трамвайной остановке.
Как и другие российские регионы, Камская область имела в Москве свое представительство. С деньгами было худо, поэтому штат «камского посольства» и его обустройство были предельно скромными: три сотрудника, офис в бывшей трехкомнатной квартире, одна легковая машина с водителем.