Момент пойман. Убегаю сломя голову, моля бога, не потеряться. Благо, лестницу нахожу сразу, как только выхожу из комнаты. Несколько домработниц удивлённо вскрикивают, когда мимолетом пробегаю мимо них. Одна даже уронила поднос. Я слышала звуки разбивающейся посуды. Открылось второе дыхание, когда выбежала прямо в большую прихожую, и увидела парадную дверь.
– Стоять! – слышу голос позади, но не останавливаюсь.
Открываю двери и выбегаю на улицу босиком. Несмотря на жаркое солнце, кафель под ногами ощущался ледяным. Бегу дальше, спускаясь по массивной круглой лестнице, и дальше по бетонному покрытию. Дышу глубже, ощущая, как колит в боку и лёгкие сжимаются от отдышки. Перед глазами летят звезды. Оглядываюсь, и вижу около ворот несколько солдат.
– Поймать её!
Снова срываюсь с места, куда глаза глядят.
Заворачиваю за угол, и врезаюсь в твердую мужскую грудь. Так сильно, что воздух выбивает из лёгких. Испуганно поднимаю взгляд, и встречаюсь до боли знакомыми глазами. Чёрные. Точно такие же, когда я видела их в первый раз.
Лицо озаряется улыбкой, когда вижу его. Он пришёл меня спасти.
– Даниэль, – шепчу едва слышно.
Его руки крепко удерживают меня, не позволяя рухнуть мертвецом на землю. Увидев знакомые черты лица, вспоминаю про свою слабость. Хотелось заплакать, и обнять его. Почувствовать себя в безопасности.
Даниэль не был похож сам на себя. Его взгляд был ожесточённым, а складка между бровями стала намного глубже.
– Ты…
«Пришел за мной» – хочется сказать мне, но грубый голос за спиной перебивает.
– Черт, – выругался, как помню, Каир, – Мы не смогли её удержать. Она разбила нос Габриэлю, и…
Даниэль приподнимает руку, тем самым заставляя замолчать парня, а моему сердцу упасть прямо между нами. Уже можно было собирать оставшиеся осколки.
– Дальше я сам. Вы свободны, – эти слова выбивают всю почву под ногами.
Не верю, смотря на Даниэля с расширенными от удивления глазами. Каир скрывается, и я готова выть от безвыходности, когда Дэн до боли цепляется в мою локоть. Будто злиться. Боится, что я убегу.
– Кто ты? – вопрос вырывается безжизненно и слишком больно.
Становится дурно от мыслей, что крутятся в голове.
Он не мог этого сделать. Не мог…
Пожалуйста, пусть все будет сном. Пусть я окажусь, где угодно, с кем угодно, но только не здесь. Не рядом с ним. Не в момент, когда жестокая правда собирается вихрем покрыть меня, и все, что я чувствую к человеку, стоявшему, напротив. Как непоколебимая стена. Холодный айсберг. Именно, айсберг.
Я не узнавала его.
– Твой самый худший сон, моя дорогая, – холодный тон пронзает все тело.
Вздрагиваю. Ни от страха, и даже ни от боли, что он причинял, сжимая меня в своей хватке. Я вздрагиваю от боли, что неожиданно пронзает мою душу. Подобно лезвию ножа, медленно проходящему по коже.
Эта боль намного хуже физической.
– Я…я не понимаю.
Точнее, не хочу верить. Ведь только сейчас осознание пробивает до дрожи.
Острые кончики стрел, медленно впиваются в сердце, когда, отпустив меня, Даниэль громко заливается дьявольским смехом.
Пошатываясь, отхожу на шаг. Уже не в силах бежать. Ноги окутали гири.
– Тут нечего понимать, – Даниэль резко делает шаг ко мне. Вся улыбка и смех сходят с его лица, – Ты была всего лишь моей целью. Мишенью для плана мести, – на мужских скулах играют желваки, когда каждое слово вылетает из его ядовитых уст.
– Поэтому знакомься, – с ухмылкой на губах делает он поклон. – Даниэль Грассо
Сердце окончательно взрывается на мелкие атомы, а в глазах застилается пелена.
Я наивная дура, раз начинала что-то чувствовать к нему. Подумать только, я думала, это любовь.
Но сейчас, не чувствовала ничего, кроме лютой и бесконечной ненависти. Теперь понимала: от любви до ненависти, бывает ни один шаг, а несколько футов потерянного доверия.
Смотрю на Даниэля не моргая, не в силах узнать человека, что был рядом только два дня назад. Весь месяц. Такой короткий срок. Но он получил моё доверие. Он был тем, в ком я нашла свободу. Думала, что нашла, но все оказалось частью игры. Жестокой игры.
– Теперь пойдём, – Даниэль резко берет за локоть, и тащит в сторону выхода.
Сердце неистово бьётся в груди. Я слишком ошеломлена, чтобы сопротивляться.
Несколько дней назад, в его объятиях, я чувствовала, что улетаю. Он заставил меня расправить крылья. Однако летала я не в небесах, а в клетке. Боль от падения стала слишком болезненной.
Даниэль ведет дальше. Когда выходим за пределы особняка, босых ног касается гравий. Я перебираю ими, едва успевая за жесткими шагами Даниэля. Оказываемся в лесу, и гравий переменяется рыхлой землёй.
Мной одолевает страх.
Что он собирается делать?
Заходим достаточно далеко, прежде чем мерзавец резко отпускает меня. От такого неожиданного движения, практически теряю равновесие, но вовремя прихожу в себя, и оказываюсь напротив Даниэля.
– Что ты собираешься сделать? – спрашиваю дрожащим голосом.