– Так, ерунда, – ответила я Наташе, миролюбиво улыбнувшись в ответ на ее озадаченный взгляд, а затем вновь погрузила руку в ящик тумбочки и теперь уже достала из него упаковку успокоительных таблеток.
– Вот, возьми, – протянула я пузырек Этьену, вернувшись в салон, – у тебя была бессонная ночь – прости. Кажется, я чем-то тебя расстроила и не оправдала твоих надежд, извини. Прими одну и выспись. Пожалуйста.
В ответ Этьен неожиданно вздрогнул, словно я его ударила хлыстом, и растерянно посмотрел на меня в упор. Спустя несколько секунд, овладев собой, он улыбнулся фальшивой вымученной улыбкой и произнес:
– Ну что ты, Коко, со мной все хорошо, я чувствую себя превосходно. Я благодарен тебе. Ты мне подарила дивные сказочные мгновения.
– Правда, Этьен? В самом деле? – Разве я была «на высоте»?
Признаться, меня совершенно сбила с толку вся эта палитра часто меняющихся выражений его лица. Выходит, это я перед ним виновата? Но тогда в чем?
– Ну, разумеется, да! – почти шепотом ответил Этьен, на сей раз уже искренне улыбаясь и беря мои руки в свои. А затем еще раз внимательно вгляделся в мои глаза, – тебе совершенно не о чем беспокоиться, Коко. Не расстраивайся. Ты была не просто на высоте – ты была в стра-то-сфе-ре!
О Боги! Принц Грозы снова меня раскусил, прочтя в моих глазах все мои страхи. Причем, выглядело это так, будто мое плохо скрываемое волнение доставило ему одно сплошное удовольствие – он буквально расцвел. Стервец!
– Но я проснулась, а тебя нет, и я подумала…
– Я был в рубке… или, как тебе больше нравится ее называть – в кабине пилота, – с непринужденным весельем в голосе заговорил Этьен, подходя к окну, – проследил за приборами, отправил спать Порфирия. Видишь ли, Конкордия, я здесь главный и несу за всех вас ответственность, – откровенно рисуясь, добавил он. И я не могу допустить, чтобы эмоции брали надо мной вверх…
– Молоток! Садись, пять, – поддакнула я, усмехнувшись, – ты крутой.
– И не волнуйся за меня, – повторил он, слегка порозовев, – все нормально.
– Ну да.
– Но ведь это ты ушла! – неожиданно воскликнул Этьен, кинув быстрый взор на меня. – Когда я первый раз вернулся, ты спала, как сурок. Через час зашел – так тебя вообще след простыл! И я решил, что ты… – замялся он и опустил глаза.
– Что я?
– Я решил, будто не впечатлил тебя, – наконец вымолвил он, – что ты просто притворялась спящей, и, стоило мне выйти – прошмыгнула в дверь.
– Нет, мне было хорошо… постой! Ага! Так, значит, ты не из-за приборов остаток ночи провел в рубке, а из-за меня? – спросила я с плохо скрываемым торжеством в голосе! – Господин Ответственность!
– Из-за приборов! – отрезал Этьен, осклабившись. – Только из-за них!
Ясно, как божий день, он привирал. Ну и пусть. Главное, что все разрешилось, и мы оба снова счастливы. По крайней мере, сейчас, в эту минуту.
– Итак, значит, нам обоим было хорошо минувшей ночью – прекрасно! Рада, что мы это выяснили. Пойду готовить завтрак, – резюмировала я, быстро чмокнув его в щеку, и направилась на кухню – вообще-то, кажется, она должна называться камбузом, но какое это имеет значение, если мир так чудесен!
В принципе, торопиться некуда. Порфирий проснется не раньше, чем через три часа, и, как пить дать, сразу же направит «Глорию» на снижение, дабы мы не упустили свой шанс, как следует, рассмотреть местность. И, вероятнее всего, в очередной раз включит автопилот, чтобы присоединиться к нам за завтраком. Все-таки сесть за стол в этом мире впервые лучше всего всем вместе – вволю наговоримся и обменяемся впечатлениями от увиденных нами пейзажей.
****
За трапезой члены отряда «Глории» дружно и шумно обсуждали сложившуюся ситуацию. Даже Алексей Фолерантов был более оживлен и разговорчив, чем всегда:
– Предлагаю снова подняться на прежнюю высоту и лететь, не спеша, без остановок, вплоть до отрогов Уральского хребта. А там прямо в воздухе пересечь границы миров и, будучи уже в нашей реальности, на ТВД дотянуть до плато Путорана, – сказал он, обильно посыпая омлет с двух сторон перцово-укропной смесью, – горючее здесь почти не расходуется. Всех имеющихся запасов нам хватит за глаза, это точно. А провизию мы можем растянуть, если будем питаться скромнее. Воды в опреснителях образуется предостаточно…
