Было все – и танцы на столах, и море пива, и рай в постели. Он привозил их то по одной, то сразу по две–три – это если ездил в бар на «Феррари». Его все любили – и девчонки, и бармены, и завсегдатаи заведения; причем многие из них и не догадывались, с какой звездой компьютерного мира имеют дело у стойки за стаканчиком виски или бокалом «Миллера». Он был компанейским парнем, умел пошутить, поддержать любую беседу и откликнуться на приглашение потанцевать – будь это рок–н-ролл или самый современный электронный транс. Люди, окружавшие его, конечно же, догадывались, что там, куда его каждую ночь уносил мотоцикл, живут далеко не простые создания, но об уровне таланта и состояния приходилось только догадываться.
Вот этим они все и подкупили Марио – откровенностью, честностью и незаинтересованностью. Они были готовы веселиться с ним до утра, ибо он платил всегда и за все; уходя, никто не задавал ему вопросов – только молча собирали разбросанное белье по комнатам, тихо вызывали такси и исчезали в утренней дымке. Он оставался один в полудреме, держа в расслабленной ладони пустую бутылку пива и пытаясь найти во сне то теплое место в постели, что осталось от очередной красавицы…
Будильник вырывал его из объятий Морфея, он нырял под душ, выходил оттуда абсолютно бодрым и отдохнувшим – настолько, насколько молодой организм позволял спать по три часа в сутки, пропуская через себя литры алкоголя. Он выкатывал из гаража покореженную машину, бросая тоскливый взгляд на «Хонду», садился за руль и ехал в Сити – решать очередную проблему «Sun Microsystems», которая, как известно появляется всегда ранним утром в голове у начальника отдела…
У тех, кто встречал его в кабинете, не возникало ни малейшего сомнения в том, что этот человек, их координатор, отец родной, Марио Паулини, спал в своей теплой постели всю ночь, прочитав на досуге перед сном что–нибудь из учебников по программированию. Он садился за компьютер, выслушивал доклады подчиненных, выстраивал логическую схему решения проблемы, делал пару замечаний, опускал пальцы на клавиатуру и начинал работу. Временами он закрывал глаза и расслабленно двигал головой из стороны в сторону – и все знали, что он сейчас видит перед собой страницу редактора кода, будто наяву – строчки компилировались у него в голове…
Один раз он на спор воспроизвел две с половиной тысячи строк кода, на который смотрел в течение тридцати секунд – ровно столько ему понадобилось, чтобы прокрутить его до конца в окошке. Весь отдел стоял у него за спиной то время, что его пальцы порхали над клавишами – и тогда все впервые заметили эту его особенность, эти плавающие движения головы, во время которых перед его глазами проплывали процедуры и функции. Когда он закончил, оба файла сравнили – и не нашли ни единого отличия. А потом встал из–за компьютера и сказал, что не запоминал абсолютно ничего – он просто написал эту программу на максимально возможной скорости, используя все свои знания в языке Си. А еще он сказал, что автор тех строк, что были показаны ему, как условие спора, может рассчитывать на повышение по службе – отсутствие отличий говорит о том, что этот человек умеет мыслить так же, как его начальник. И парень, который только что пришел на работу в отдел, девятнадцатилетний юнец, прорвавшийся в Sun благодаря случаю, ухватился рукой за край стола и закрыл глаза от счастья – через два дня он стал заместителем координатора Паулини.
Марио жил, будто на крыльях. Силы, талант, деньги – ничего не убывало. Он прекрасно понимал, что где–то там, наверху, директор корпорации временами приподнимает бровь, слыша в очередной раз его фамилию в связи с очередной удачной находкой – об этой его привычке он был наслышан с самого своего первого дня работы в Sun. Он чувствовал, что удача приплыла ему в руки и не собирается уплывать, да он и не отпустит ее.
Слишком уж грустной была его жизнь до той поры, как он впервые увидел компьютер и написал первые свои строки на Си. Мать сменила ему несколько отчимов, пока он был маленьким, вырос он едва ли не сам по себе – мужчины сменяли друг друга достаточно быстро, мама постоянно меняла фамилии, совершенно не заботясь о ребенке и стараясь устроить личное счастье. Тот, кто подарил ему фамилию Паулини, давно лежал на кладбище маленького городка в Калифорнии; Марио никогда не видел его могилы и не стремился туда – с этим человеком его не связывало ничего общего, кроме ДНК. Остальные… Остальные были не лучше.
Запомнил Марио только одного. Его звали Джейкоб, и это он подарил Марио компьютер. Черт его знает, зачем он это сделал – но подарок перевернул всю жизнь мальчика и направил его на путь истинный. Увлечение поглотило ребенка, стало смыслом его жизни – и как он только не превратился в дохленького очкарика, нудно набирающего на клавиатуре школьные сочинения! Программирование подчинило его, дисциплинировало, заставило иначе взглянуть на окружающий мир, увидеть в нем логику и совершенство.
