— Это мои, — ответил Адольф и вышел вперед, взмахнув рукой. Люк танка лязгнул и открылся. Наружу показался по пояс офицер в запыленной форме; он снял шлемофон, вытер пот со лба и крикнул:
— Привет, парни!
Ответом была тишина. Ле Рой заметил, что грек прикрывает лопатой грудь, и сделал то же самое. Адольф подошел поближе к танку, оставив броневик в стороне.
— Здравствуйте! — крикнул он в ответ. — Как добрались?
— Черт бы побрал эти степи! — сказал в ответ офицер, выбираясь на броню. — Пыль, ни кустика, ни колодца! Вы–то как? Вода еще есть?
— Ее и не было, — шепнул канадец и вдруг понял, что они не пили и не ели с того самого момента, как появились здесь. И тут же захотелось пить — язык, превратившийся в кусок наждачной бумаги, кричал о жажде, горло пересохло. Ле Рой огляделся и убедился в том, что воды нет — как будто она могла взяться из ниоткуда!
— Насчет воды — это вы здорово спросили, — рассмеялся Адольф. — Мы здесь уже скоро сутки, а ни грамма влаги не видели. Если не считать того дерьма, что постепенно копится на дне рва — а уж взять такую воду в рот не рискнет ни один нормальный человек.
Тем временем офицер спрыгнул на землю, одернул китель, оставил шлем на броне и подошел поближе, протянув руку Адольфу. Тот с видимым удовольствием пожал ее.
— У вас все в порядке? — поинтересовался командир танка. — Воду и продукты мы вам привезли, они в броневике. Должно хватить на первое время — а дальше посмотрим… Но, как я понял, желающих работать становится меньше?
Он перевел глаза на стоявших неподалеку людей, пересчитал их, тихо шевеля губами.
— Не хватает, — сказал он Адольфу. — Одного не хватает.
— Знаю, — согласился тот. — Но я не стал останавливать — думаю, что он никуда не денется и вернется.
— Тут вы правы, — кивнул офицер. — Ганс! — крикнул он в сторону танка. Из люка показалась взъерошенная голова блондина.
— Доставай! — приказал офицер.
— Есть! — ответил Ганс, выскочил на башню и, наклонившись, потянул что–то изнутри. И канадец не удивился, когда увидел, что Ганс вытаскивает на броню Олафсена.
— Господи… — перекрестился Педро, увидев залитое кровью лицо шведа. — За что они его так?..
Действительно, глядя на Олафсена, не вспомнить Господа было нельзя. Он был не просто избит — похоже, он был изувечен, причем не случайно, а преднамеренно. Канадец обратил внимание, как дергался и гримасничал швед, когда его руки и ноги задевали за броню — похоже, у него осталось очень мало несломанных костей. Гансу помогал еще один человек — вдвоем они выволокли шведа на землю и уложили возле гусеницы.
Командир тем временем о чем–то переговорил с Адольфом, согласно кивнул и крикнул:
— Три человека пусть пока разгружают броневик. Продукты и воду в одну сторону, все остальное — ближе ко рву!
«Остальное — интересно, это что? — подумал канадец, чувствуя, как Педро и грек недоверчиво смотрят на закрытые десантные люки броневика. — Что там может быть? И за что так избили шведа? Нам в назидание?»
Очень не хотелось приближаться к броневику — вообще, не хотелось что–либо делать под дулом танка; было в этом что–то унизительное. Но парни, которые приехали на танке, решили иначе. Они подошли к стоящим на краю канавы людям, пристально взглянули в глаза каждому и ткнули пальцами в тех, кто, по их мнению, мог наиболее быстро и хорошо исполнить приказ. Этими троими оказались Ле Рой, Педро и еще один парень, что пришел с другой стороны.
Ганс достал из кобуры пистолет и махнул им в сторону броневика.
— Живо, разгружайте — если хотите не умереть с голоду! — приказал он. — А ты, Дитрих, присматривай за ними. И самое главное — проверяй мешки.
Танкист кивнул и подтолкнул Педро. Остальные, не дожидаясь тычка под ребра, пошли сами.
Дверцы десантных люков отворились на удивление тихо. Ле Рой посмотрел внутрь, увидел пару ящиков с надписью «Консервы», потом несколько упаковок минеральной воды и еще что–то в глубине, подошел, взял воду, прикинул, куда бы положить и определил местом складирования тот участок, где они только что отдыхали. Следом за ним принялся вытаскивать продукты Педро. Третий парень попытался взвалить на себя ящик с консервами — но ему это оказалось не под силу.
— Сейчас, помогу, — поставив воду на землю, сказал канадец. Вернувшись, он взялся за другой край — и вдруг заметил, что в глубине броневика что–то шевелится. Какой–то черный мешок издавал странные стонущие звуки. Ле Рой решил не говорить пока об этом — скоро они все равно до него доберутся, тогда и станет ясно.
Они вытащили еду — ящики быстро кончились, их было не так уж много, потом выгрузили две большие палатки (Киринаикос и еще три человека быстро принялись устанавливать их, чтобы скрыть от палящего солнца воду). Все это время мешок в броневике потихоньку постанывал, а Адольф, усевшись на броню, о чем–то весело трепался с офицером. Вскоре до канадца долетели звуки губной гармошки. «Развлекаются, — зло подумал Ле Рой. — Встретил земляков… Вот только странно — почему они командуют нами? Почему они — главные? Дело в той войне, что идет неподалеку?»
