Нити ярче серебра полностью

– Послушай, – сказал он, – если это того стоит, я понимаю. Иногда в доброте есть жестокость, а в жестокости – доброта.

Ио мысленно собрала эти мягкие слова в охапку и прижала к своей груди. Жестокость в доброте и доброта в жестокости. Они казались такими интимными и такими правильными – ее прошлое было буквально пронизано моментами, которые подтверждали их правоту. Поддержка Эдея не уменьшила груз вины, но Ио почувствовала себя так, будто ее наконец заметили. Приняли.

Она ответила легким кивком. Затем повернулась к зданию банка и сказала:

– Тогда вперед. Будем теми самыми кретинами.

Эдей усмехнулся и последовал за ней. Петляя между торговцами и покупателями, они пробрались в ближайший темный переулок. Эдей опустил специальную спасательную лестницу, которой пользовались во время приливов. Они бесшумно поднялись по ней, краем глаза наблюдая за теми, кто находился внутри здания, прокрались по воздуховодам и перекрытиям – и оказались на крыше банка, прямо напротив полицейского участка.

Внизу, возвещая о ночном приливе, звонили последние колокола. Вода достигла Холма: она ползла по мощеным улицам, словно полчище блестящих насекомых. В этой части города звон колоколов казался менее угрожающим: Сити-Плаза стояла на возвышении, а окружавшая площадь стена защищала район от значительного объема воды. Магазины были оснащены автоматическими жалюзи и сливными насосами, кафе и рестораны по необходимости переносили свои столики на балконы и крыши. Если не обращать внимания на мутную жидкость внизу, в которой скрывались злобные химерины, этот пейзаж можно было счесть идиллическим: вращающиеся неоновые вывески, гирлянды фонарей с зажженными свечами, пышная зелень, свисающая через перила, гладко выбритые мужчины в разноцветных костюмах и одетые в меха женщины с большими нефритовыми серьгами в ушах, потягивающие вино при свете луны.

Губы Ио искривились в гримасе презрения, но на самом деле какая-то ее часть тоже жаждала такой беззаботной роскоши. Разве не здорово было бы провести вечер в лучшем баре города, сплетничая с Розой и танцуя?

Она взглянула на часы:

– У нас две минуты.

Эдей осторожно проверил ногой балку – та прогнулась под его весом. Боги, она еще менее устойчива, чем кошачий мост – тот хотя бы сделан из металла. Эдей двинулся вперед, раскинув руки, – для равновесия. Через несколько дюймов он остановился и, обернувшись, посмотрел на нее через плечо.

– Ты как? Боишься высоты, да?

Желудок Ио скрутило.

– Откуда ты знаешь?

Эдей едва заметно пожал плечами – чтобы не потревожить балку.

– Твоя сестра часто рассказывает про тебя что-нибудь забавное.

«Моя сестра, – подумала Ио, – покойница. И умрет она медленной мучительной смертью».

Вслух же она произнесла:

– Со мной все будет нормально. Иди.

Не прошло и полминуты, как Эдей пересек балку и нырнул в тень строительных лесов. Когда он повернулся, чтобы взглянуть на Ио, висящий на его ремне медный кастет ярко блеснул, отражая свет. Чувство паники было весьма ощутимым, но в то же время весьма далеким. Ио ступила на доску и начала медленно продвигаться вперед, не отрывая глаз от уводящей ее все дальше полоски дерева, улавливая каждое мелкое колебание и прислушиваясь к бесконечным поскрипываниям. Она старалась не смотреть вниз, чтобы не видеть, что будет ждать ее там, если она упадет.

Уличные фонари замигали, готовясь зажечься. Если они включатся прямо сейчас, любители пропустить вечерком по бокалу вина на балконе тут же заметят ее и, без сомнения, вызовут полицию. Ио рванула вперед и успела ступить на леса всего за секунду до того, как фонари засияли. Она ухватилась за стойки и подождала, пока кровь не перестанет реветь в ушах. Пожалуй, лучше подыскать вакансию офисного клерка или стать официанткой в кафе Амоса – чересчур много волнений за последние сутки.

Когда Ио вновь открыла глаза, Эдей как раз наблюдал, как охранники банка ныряют обратно в здание после осмотра крыши. Они идеально рассчитали время.

Следующий этап был организован куда менее четко. Ио и Эдей осторожными шажками двигались по доскам строительных лесов. Она чувствовала его теплое дыхание на своем затылке, слышала сладкий запах стирального порошка, исходящий от его одежды. «Держи себя в руках».

Наконец Эдей указал на освещенный контур двери. Должно быть, полицейский участок находится прямо за ней. Ио достала инструменты и умело вскрыла замок. Прежде чем открыть дверь, она через плечо взглянула на Эдея.

– Эй! – позвала Ио. – Я должна натянуть Полотно, чтобы мы не наткнулись на охранников. Знаешь, как это работает?

– Ты видишь что-то вроде гобелена, – ответил он. – Я слышал, нити серебряные.

– Хм. Так и есть. – Этот парень полон сюрпризов. Мало кому хотелось узнать о рожденных мойрами хоть что-то, кроме той чепухи, которую болтали в новостях. – Я могу увидеть нити всех людей в этом здании и понять, где они находятся. Но есть побочный эффект: я перестану ориентироваться в реальном, физическом мире.

– Что мне нужно делать? – спросил он.