Ночь дракона полностью

Долина, залитая демоническим светом, кишела телами – битва демонов, духов, óни и армий Луны и Тени была в самом разгаре. Воинам ада, казалось, не было числа: они неослабевающей волной обрушивались на стену из живых людей, пытавшихся дать им отпор. Вдоль линии сопротивления ярко горели факелы. Если бы не она, полчище демонов, ползущих из ямы, уже давно заполонило бы остров. Людская армия пока удерживала оборону, но ночь вступала в свои права, а поток демонов не ослабевал. Не далек был тот час, когда они возьмут верх.

Суюки услышала, как кицунэ прошептала позади нее сдавленным, испуганным голосом:

– Киёми-сама, мне так жаль…

Молния вспорола небо, словно нож, а от громового раската задрожала земля. В ярком свете путники успели заметить под выступом узкую лестницу, которая змеилась вокруг горы и вела на самую вершину, над которой уже закручивался мощный облачный вихрь.

– Это Место Призыва, – сказал демон, скользнув взглядом алых глаз вверх по ступенькам. – Почти пришли.

– Ну надо же! – Ронин обернулся к Дайсукэ и расплылся в широкой улыбке. В его голосе слышался благоговейный триумф. – У нас и впрямь получилось! Еще на шаг ближе к Генно! Надеюсь, ты уже сочиняешь блистательные стихи, павлин!

Пока он говорил, вновь ослепительно вспыхнула молния. За краткий миг – не дольше паузы между ударами сердца – Суюки успела заметить тень, нависшую над ними, – очертания темной фигуры с налитыми ненавистью глазами и длинной змеящейся косой. Тень вскинула руку, и между ее пальцев что-то сверкнуло. Суюки открыла было рот, но даже вскрикнуть не успела, как опять полыхнула молния – и все исчезло.

Ронин застонал и пошатнулся. Все с тревогой уставились на него.

– Ох, kuso, – вполголоса ругнулся он, изменился в лице и, выронив лук, упал на камни.

– Окамэ-сан! – вскрикнула кицунэ, а Дайсукэ мгновенно опустился на колени рядом с ронином и подхватил его: еще немного, и Окамэ со всей силы ударился бы о землю. Лицо аристократа омрачилось тревогой, тонкие брови беспокойно сдвинулись. Суюки, похолодев, опустила взгляд и увидела, что между ключиц у ронина торчит черная рукоять метательного ножа. Кунай зловеще поблескивал на фоне его рубашки, а его края уже успели стать влажными от крови.

– Окамэ… – прошептал аристократ. Кицунэ тоже заметила кунай и ахнула, зажав рот ладонью. Суюки беспомощно зависла в воздухе – ей оставалось только наблюдать за происходящим. На лице Дайсукэ застыло отчаяние. Ронин бессильно привалился к нему. Аристократ приподнял дрожащую руку, нерешительно задержал ее у груди ронина, а потом сомкнул длинные пальцы на рукояти ножа. – Прости… – прошептал он и выдернул клинок. Ронин тут же взвыл от боли: казалось, его стон пронзил Дайсукэ, словно стрела, аристократ поморщился, прижался ко лбу Окамэ своим, будто пытаясь забрать всю его боль.

– Kuso… – процедил ронин голосом, полным боли. – Вовремя же я отвлекся… – Он вцепился в одежду Дайсукэ. Аристократ смотрел на него с нескрываемым ужасом. – Обо мне… не думай… павлин… – с трудом выдавил из себя Окамэ. – Эта стерва-демонша где-то рядом…

Дайсукэ вскинул взгляд – пронзительный и беспощадный, а потом резким движением выхватил меч и рассек воздух над Окамэ. Послышался лязг металла о металл, и еще один черный нож со звоном упал на камни.

Убийца демонов тут же обнажил Камигороши, окутанный алым свечением. Где-то позади раздался низкий издевательский смешок. Суюки обернулась. Небо озарила еще одна молния, осветив жутковатую фигуру, стоявшую на огромном камне над ними.

– Как предсказуемо! – насмешливо подметил демон. Его густую красную гриву развевал ветер, на лбу торчали кривые рога, лапа сжимала изогнутый обсидиановый клинок. – Предсказуемо и глупо. Вы и впрямь решили, что Генно не выставит на этом пути охрану?

– Расэцу. – Убийца демонов выступил вперед. Камигороши мерцал у него в руке. – Так ты и есть последняя преграда? – Он мрачно усмехнулся, сверкнув алыми глазами, и поднял меч повыше. – Теперь-то вокруг меня нет магического круга, и ты так просто не отделаешься. Ну давай, – он осклабился. – Если ты стережешь Генно, придется пробить к нему путь сквозь тебя.

– Нет.

Дайсукэ вскинул голову. Его взгляд был жестким, голос твердым. Аристократ осторожно усадил ронина так, чтобы тот оперся спиной о скалу, а сам встал и обратился к óни-полукровке.

– Каге-сан, времени нет, – заявил он. Ветер с силой трепал его длинные волосы. – Мы уже в самом конце пути, от цели нас отделяют считаные шаги. Вы с Юмеко должны пойти дальше. А я останусь и расквитаюсь с демоном.

– Тайо, это не какой-то там рядовой демон, – предостерег Тацуми. – Его зовут Расэцу, он второй генерал Дзигоку. Уж не знаю, какую сделку он заключил с Генно и почему вдруг решил перебраться в человечье тело, но Расэцу столь же силен, как Акуму и Ябурама. Тебе его не одолеть.

Суюки содрогнулась, а аристократ только слабо улыбнулся.

– Значит, пришло время для поединка, которого я так давно ждал, – спокойно заметил он.