Сжимая в руке пакет с обедом, Ангус машет ей, пока машина не увозит прочь восклицательный знак на стекле, словно напоминание обо всех тех случаях, когда он заглушал двигатель, или разгонялся вместо того, чтобы тормозить, или обдирал покрышки о тротуар. По крайней мере, работает он не настолько плохо, размышляет он, пока туман проглатывает последний красный отсвет фар. Он торопится в «Тексты», где голос Вуди разносится по всему магазину, словно вопли сигнализации:
– Улыбаться! Никто не любит кислые лица.
Уголки его рта сами растягиваются, выполняя приказ, но потом он понимает, что Вуди обращается к Агнес. Она наблюдает за его реакцией, и ее нейтральное лицо превращается в хмурую гримасу.
– Так еще хуже. Чтобы больше мы этого не видели, – голос Вуди ныряет из-под потолка в торговый зал, и, когда Агнес наклоняется за прилавком, так быстро, словно ее скрутило судорогой, он добавляет: – Ангус, как только ты захочешь к нам присоединиться, мы начинаем.
Ангус рад, что Агнес слишком озабочена тем, чтобы скрыть свою гримасу, и потому не видит, как он спешно подчиняется приказу. Единственные посетители – двое нарочито лысых мужчин, которые, похоже, превратили два кресла в свою территорию. Может, они хотят купить подарки для детей: каждый листает книгу, в которой слишком мало слов на странице. Их мутные глазки почти не двигаются, когда Ангус проносится мимо них, громыхая контейнерами в коробке для ланча.
За столом в комнате для персонала все, действительно, как будто ждут его одного. Росс при его появлении облегченно выдыхает. Джил, похоже, готова защищаться, хотя и явно не от него. Гэвин раскрывает рот, но вместо приветствия у него по обыкновению выходит зевок, который ему почти удается подавить. Джейк произносит:
– Вот он, – выражая больше восторга, чем, уверен Ангус, ему хотелось бы.
Он спасен от необходимости отвечать, потому что из своего кабинета вырывается Вуди.
– Что ж, давайте-ка по-быстрому, – произносит он почти с той же громкостью, с какой только что звучал в колонках. – Я возьму все на себя, Найджел. Возможно, часть проблемы кроется в том, что британцы руководят британцами.
Найджел пожимает плечами и, не глядя никому в глаза, удаляется в хранилище. Он не замедляет шаг и не оборачивается, когда Гэвин произносит:
– Разве это не расистское высказывание?
– Но-но, не надо нам тут таких словечек. Нам не нужно ничего, что способно привести к неприятностям. Если не допускать мысли, что мы разные, у нас не получится учиться друг у друга, я прав? Возьми себе стул, как только закончишь там, Ангус.
Ангус пытается зарегистрировать время своего прихода, но у него такое ощущение, что карточка не читается, прорезь словно забита грязью, хотя, когда он присматривается, с виду все чисто. Он снова проводит картой через магнитный считыватель и кидает ее в кармашек «Приход», после чего торопится сесть, но все равно недостаточно быстро, потому что Вуди не может удержаться от комментария:
– Вот маленький пример того, от чего мы должны избавиться.
Ангус чувствует, что Джил переключается теперь на его защиту, потому что она спрашивает:
– От чего именно?
– Некоторые из вас, похоже, до сих пор не привыкли к повседневным действиям. Чем больше разных операций вы будете выполнять не думая, тем лучше.
– Мне кажется, это плохая идея: делать не думая. Я бы не стала учить такому свою дочку.
– Но здесь это жизненно важно. Давайте отложим дискуссию на потом, ладно? Мне нужно, чтобы до вас дошло то, что я должен сказать.
– Боже, это просто виртуозно, – отзывается Джейк.
Ангус не знает, нарочно ли Джейк рисуется перед публикой, но надеется, что уж Вуди делает это намеренно. Джил невольно хихикает, но тут же потрясенно обрывает себя, а Гэвин издает смешок еще более короткий и безрадостный.
– Есть еще комментарии, которые непременно надо высказать, прежде чем двигаться дальше? – спрашивает Вуди, обводя всех взглядом.
Ангус не может удержаться, чтобы не помотать головой и выдавить улыбку, которая, как он надеется, не слишком широкая и не слишком кроткая, хотя все остальные держат свои реакции при себе.
– Что ж, хорошо, – продолжает Вуди. – Хотел бы я показать всем вам, как мы это делаем у себя.
– И как же?
– Рад, что ты спросил, Ангус. Когда вы заходите в магазин, вы хотите чувствовать, что персонал сгорает от желания сделать для вас всё, разве не так? Именно это я далеко не всегда чувствую от вас, и я говорю не только о тех, кто сидит сейчас за столом.
– Некоторые из нас британцы, вы хотите сказать, – уточняет Гэвин.
– Именно так. Возможно, это типичная британская черта, но обслуживать как будто ниже вашего достоинства, а это не так, если хотите работать в «Текстах». И я прихожу к мысли, что в этом кроется одна из причин, почему нам не хватает покупателей. Надо заставить их почувствовать, что это лучший книжный магазин, в котором они когда-либо бывали, а это, видит бог, так и есть, по сравнению с тем, что видел я. Мы должны сделать так, чтобы они возвращались и рассказывали о нас всем своим друзьям.
