Я хочу заговорить, но о чем? Как? Если он делает вид, что я обычный клиент, которого он увидел впервые.
— Гера?
— Что-то не так? — чуть дергает бровью в знак вопроса, поднимает на меня глаза.
— Может, хватит цирк устраивать? — спокойно спрашиваю, всматриваясь в карие глаза. Ищу хоть каплю интереса. Неужели ему всегда на все и всех похуй? Ну, кроме той девочки, что елозила по нему всем телом, ей-то он искренне улыбался…
— Не понимаю, о чем вы, — продолжает выводить узор по моей коже. Отстраненно, автоматически. Робот, а не человек, ей-богу. Это так бесит, раздражает, что хочется встряхнуть его, наорать.
— Все ты понимаешь. Так и будешь делать вид, что не знакомы мы?
— Не улавливаю сути вопроса, — невозмутимо отвечает. Спокойно, уравновешенно, хоть бы мускул дрогнул, так врет и не то чтобы не краснеет, его вообще это не трогает.
— Это твой салон? Или ты просто тут работаешь? — меняю тему, все равно от него добиться чего-то вразумительного невозможно, он, как упертый баран, гнет свою линию. Да и отвлечься хочу от его маячащего лица и сухих, обветренных губ, которые так и тянет облизать…
— Мой.
И не словом больше… Сука, руки аж зудеть начали от желания вцепиться в его шею. Он столько эмоций во мне вызывает, что становится не по себе. Ничего вроде не делает сверхъестественного, а меня колбасит во все стороны. Я, как на американских горках, то резко хочу, то почти ненавижу. Он становится или все симпатичнее для меня, или же наоборот — башку открутил бы.
Снова тишина, лишь жужжание машинки в его руке и четкие движения, проколы, проколы, проколы, вытирает излишки — и дальше. Кидает взгляд на часы, ведь ровно каждые 35 минут он наносит мазь. Не любит боль? Или не любит причинять боль? Это странно, ведь вчера по моей вине он получил травмы и даже не сопротивлялся, а тут облегчает мою судьбинушку без моей же просьбы. Я знаю, что на кости бить тату приятного мало, да и большинство мастеров не любят, когда клиент ноет, что ему больно, и просит что-нибудь для облегчения. Это же якобы неуважение к работе мастера. А он сам. Четко, не ропща, берет и делает.
— Давно этим увлекаешься?
Ну не молчать же мне, когда он снова водит скользкими пальцами по моей груди, иначе я дерганым стану и вообще скручу его и… и трахну.
— Давно, — едва заметная улыбка, но ее хватило, чтобы трещинка на нижней губе разошлась и выступила кровь. Морщится и слизывает кровь, чуть поиграв с сережкой кончиком языка, а я, как завороженный, смотрю, ощущая просыпающийся вулкан внутри. И это не самое страшное. Дальше он нечаянно задевает мой сосок, от чего я сглатываю. И что мне прикажете делать?
Губы с капелькой крови, влажные, алые становятся центром моего внимания. Да они, блять, центром вселенной только что стали. Тело само подается вперед, я чувствую, как мое лицо обдало его горячим дыханием, и вдруг его глаза из спокойных, вежливых и отстраненных становятся полными отвращения и чуть ли не ужаса. Лицо каменеет, и он ловко уворачивается в сторону, мазнув кончиком носа меня по щеке.
— Я думаю, на этом закончим, — встает довольно резко. Рука сильнее, чем нужно, рванула за перчатку, отчего та разошлась неровными краями. И что его так взбесило? Хромает к умывальнику, возле которого стоит мусорное ведро, выкидывает все ненужное, моет руки и всем своим видом намекает на то, что мне пора сваливать.
— Почему же? Ты вроде как говорил, что времени хоть отбавляй, и клиентов у тебя нет. Не вижу причин, чтобы останавливать начатое.
— Так и знал, что он пидор, — слышу краем уха его шепоток. Ах, вот в чем дело.
— Герман.
— Оплатить сможете, войдя в соседнюю дверь, так же как и записаться на последующий сеанс. Прощу прощения, но я не слишком хорошо себя чувствую, скажите, чтобы вам сделали скидку в размере 10% в связи с прекращением сеанса по моей вине.
Выговорив скороговоркой, вылетает буквально из кабинета, оставив меня малость ошарашенным. Ему небезразлично или противно? Он испугался или забрезговал? Ничего не понимаю, но обязательно разберусь.
Одевшись, иду в соседнюю комнату, оплачиваю услуги и, не скрывая свое хуевенькое настроение, громко хлопнув дверью, ухожу. Я даже не уверен, что хочу больше сделать: открутить ему голову, заломать и держать в плену, после оттрахав хорошенько, смотреть на него с чувством полного превосходства, ведь физически я явно сильнее, или же попросту игнорировать эту мелкую тварь. Откуда? Откуда в нем столько магнетически привлекательных противоречий? Он то надменный и непрошибаемый, то дерзкий и нахальный, то спокойный и вежливый. Он актер, у которого куча ролей, а каков настоящий? И почему мне, преуспевающему молодому бизнесмену, это интересно? Мало под меня стелется? Мало меня хотят? Но нет, мне надо добиться его, надо увидеть гримасу вожделенного обожания к своей персоне, может, тогда меня переклинит обратно? Ибо то, что начинает со мной происходить, мне не нравится абсолютно.
