Глорфиндел редко пользовался этими источниками, предпочитая им центральное озеро, где он мог выставить своё совершенное тело напоказ и где собирались посплетничать другие воины. Но в отличие от него, Леголас стеснялся чужих взглядов и впал бы в ступор или умер бы от смущения, если бы кто-нибудь посторонний увидел его обнажённым. К тому же, не только желание смыть грязь привело Глорфиндела в купальни в этот час. Он хотел своего маленького принца с того самого мгновения, как увидел на поле в простой, насквозь промокшей одежде — юноша был невероятно соблазнителен: раскрасневшийся, растрёпанный, пропахший травой и потом. Глорфиндел набросился бы на него ещё там, на поле, если бы не чёртовы нормы приличий. До своих покоев он бы просто не дотянул.
— Иди сюда, roch-neth. Раздень меня! — приказал воин.
Леголас премило покраснел и, задёрнув за собой шторку, подошёл к своему лорду. К этому времени Глорфиндел уже успел привыкнуть к этим тонким длинным пальцам, аккуратно и робко освобождавшим его от груза одежды, и тем не менее, этот ритуал попрежнему возбуждал его. Равно, как и то, что его жеребёнок краснел и стыдливо отводил глазки, не смея взглянуть на обнажённое тело, которое, казалось бы, видел уже сотни раз. Глорфиндел всякий раз удивлялся тому, как мальчишка мог оставаться таким невинным, после того, что он с ним делал. Но, возможно, это и не давало страсти в его сердце угаснуть. Невинность Леголаса была чем-то неосязаемым, чем-то, что невозможно было разрушить, просто стянув с него одежду или овладевая его телом ночь за ночью. Нет, Леголас всё ещё излучал невинность, присущую лишь чистым юным созданиям, и это манило Глорфиндела так же, как свет ночных фонариков привлекал мотыльков. Валар, как же воин древности хотел разбить это невинное выражение на прекрасном точёном личике, как же он хотел увидеть, как на смену этой невинности придёт всепоглощающая страсть и вожделение!
Пока Глорфиндел размышлял над природой невинности Леголаса, юноша грациозно встал перед ним на колени, чтобы развязать завязки на штанах мужчины. Это было то зрелище, которым воин никогда не смог бы насладиться в полной мере: белоснежные волосы, гладкие, как шёлк, напротив его бёдер, тонкие дрожащие пальчики, помогавшие выпутаться из штанин, и самое главное — нежный розовый ротик, находившийся в такой соблазнительной близости от его возбуждённого члена… Воин знал, что одно его слово, и этот горячий ротик сомкнулся бы на его стволе, но сегодня у него были совсем другие планы на Синда.
Отвернувшись от соблазнительного зрелища — склонившегося перед ним на коленях принца — Глорфиндел вошёл в горячую воду и хрипло приказал:
— Разденься и присоединяйся ко мне.
Удобно расположившись на высеченном в скале выступе, Глорфиндел жадно наблюдал за тем, как Леголас скидывает с себя одежду.
— Подойди ближе, pen-neth… — промурлыкал Глорфиндел, когда Леголас осторожно ступил в воду. Юноша робко шагнул вперёд. Устав ждать, Глорфиндел с быстротой молнии схватил его за запястье и усадил к себе на колено. — Итак, учитывая, что это была твоя первая настоящая тренировка, полагаю, ты заслужил небольшую награду… Позволишь мне поухаживать за тобой? Например, вымыть тебе волосы и втереть немного масла в кожу, чтобы мышцы не так болели завтра утром?
— Благодарю вас, мой лорд, — прошептал Леголас. Его тело уже начало бессознательно реагировать на близость Глорфиндела, и он не имел ни малейшего понятия, как бороться с этим. В любом случае, бороться было абсолютно бесполезно, учитывая, что его лорд был возбуждён и теперь тёрся эрегированным членом о вход в его анус. Глорфиндел всегда получал то, что хотел.
Но, к удивлению Леголаса, воин не накинулся на него, как обычно. Похоже, его лорд и впрямь решил растянуть удовольствие. Глорфиндел нежно втирал ароматное мыло в белоснежные волосы Синда, мурлыкая песенку себе под нос. И это… буквально сводило Леголаса с ума. Все эти неторопливые плавные движения и интимные прикосновения быстро привели его в то же состояние, в котором пребывал его лорд. Он был возбуждён и уже и не помышлял о том, чтобы бороться с желанием, завладевшим всем его существом. Наоборот, юноша хотел Нолдо, нуждался в нём и, к его счастью, тот желал того же.
— Скажи мне, cunneth, чего ты хочешь? — игриво прошептал ему на ухо Глорфиндел, в то время, как руки воина медленно скользнули вниз, погладив нежную чувствительную кожу на внутренней стороне бёдер юноши, настойчиво разводя их в стороны.
— Я хочу вас! — застонал Леголас. — Пожалуйста, я так хочу, почувствовать вас внутри!
— Ммм… — промурлыкал Глорфиндел, погрузил пальцы в чашу, стоявшую на краю купальни, и смазал возбуждённый член маслом. — В этом наши желания совпадают. Что ж, мой милый принц, если ты меня хочешь, то всё в твоих руках. Оседлай меня!