— Я изголодался по тебе, малыш. Ты хоть представляешь, как восхитительно ты выглядишь, во время драки? Жаль, что Таларона не привлекают мужчины. Если бы он только видел, насколько ты красив, ты мог бы с лёгкостью использовать это как преимущество в бою, — расхохотался воин, а Леголас вспыхнул до кончиков ушей. — Что же мне с тобой делать, roch neth nín? Мы здесь с тобой совсем одни… И я могу делать с тобой всё, что пожелаю.
Не дав юноше опомниться, распалённый страстью сенешаль потащил ошарашенного Синда в кусты, за которыми возвышалась парочка одиноких деревьев и где они — с большой натяжкой — могли укрыться от любопытных глаз. Нетерпеливо толкнув юношу к дереву так, что тому ничего не оставалось делать, кроме как заключить покрытый изморозью ствол в объятия, Глорфиндел принялся воевать с завязками на его леггинсах.
— Прошу вас, мой лорд… Что если Таларон или кто-то ещё нас увидит? Прошу, давайте хотя бы вернёмся во дворец, — взмолился Леголас, пребывая в ужасе от того, что его лорд собирался сделать это прямо здесь и сейчас.
— Леголас. Вот кого ты хочешь обмануть этими мольбами, ммм? Я же слышу, как трепещет твоё сердечко, и чувствую, как дрожит твоё тело… Ты уже возбудился, мой красивый мальчик? — довольно промурлыкал Глорфиндел, прикоснувшись к паху юноши. Член Леголаса радостно встрепенулся, отвечая на грубую ласку мужчины. — Кто бы сомневался. Мне кажется тебе очень даже понравилось бы, если бы кто-нибудь застукал нас за этим занятием. Думаю, ты хотел бы, чтобы кто-нибудь увидел, как ты подчиняешься мне…
— Не-е-ет! — задыхаясь от поцелуев, которыми древний воин покрывал его шею, выдохнул Леголас, правда, его тело придерживалось совершенно противоположной точки зрения. С каждым словом, что воин шептал ему на ухо, с каждым искусным прикосновением кровь к члену юноши приливала всё быстрее.
Глорфиндел устал бороться с завязками на леггинсах юного принца, и просто резко сдёрнул их с него — те чуть было не треснули по швам, и в какой-то момент Леголас уже было решил, что сегодня во дворец ему придётся возвращаться голышом. Предательское тело на это безумное действо, конечно же, отреагировало совершенно иначе, нежели его воспалённый мозг. Он так возбудился, что застонал во весь голос.
— Тише, малыш. Если ты, конечно, не хочешь, чтобы нас и впрямь застукали, — прошептал на ухо юному принцу Глорфиндел, прикрыв ему рот рукой.
Вот только как бы Леголас не пытался сдерживать крики и стоны, вырывавшиеся из его груди облачками застывшего пара, этот бой ему было ни за что не выиграть…
Чуть позже, этим же днём.
Леголас, задержав дыхание, уселся за стол, но стоило ему только поднять глаза, как он тут же встретился взглядом не с кем иным, как с Талароном. Вспомнив о том, чем они занимались на тренировочном поле с Глорфинделом всего час назад и что из этого учитель по оружию мог слышать или — не приведи Валар! — наблюдать воочию, юный принц покраснел, как вареный рак. За столом Владыки также присутствовал и другой гость, который смущал Леголаса ничуть не меньше, — Эллонур. С того рокового дня в Зале Огня, советник Элронда был очень холоден в общении со своим бывшим любовником и ни разу ни словом, ни взглядом не преминув задеть его новую пассию. Не хватало лишь одного возмутителя спокойствия — Элладана.
Наследный принц Имладриса снова отправился поохотиться на орков — хобби, которое его отец не одобрял, и к которому близнец слишком уж пристрастился с тех пор, как его младший брат отправился в стан врага. Но Леголас по нему не особо скучал — без Элладана ужины за столом Элронда протекали гораздо спокойнее, потому как даже те Нолдор, что ненавидели юного Синда, не осмеливались выражать свою неприязнь открыто в присутствии грозного Владыки Имладриса.
— Леголас, — отвлёк принца от воспоминаний об их утренних похождениях с Глорфинделом Элронд, — сегодня утром из Эрин Гален прибыл гонец. Он доставил мне письма от моего сына. Среди них было письмо, адресованное тебе. Оно от твоего старшего брата Келейдура.
Услышав эту новость, принц засиял, как солнышко, и мгновенно выпрямился по струнке. Элронд просто отдал ему письмо от наследного принца враждебного им королевства, на котором даже не была вскрыта печать королевской семьи, а Глорфиндел вместо того, чтобы забрать у него письмо и изучить послание на предмет опасного содержимого, спокойно положил Леголасу руку на плечо и продолжил обсуждать с Талароном или Эллонуром графики тренировок, изредка поигрывая прядью белоснежных волос. Вот так просто. Такая мелочь, казалось бы, но доверие, оказанное ему его лордом и Владыкой Элрондом, тронуло изгнанника до глубины души.