— Может и будет, — не стал спорить Харай, продолжая отрабатывать удары, только на сей раз тыкая острием копья куда-то сильно выше уровня сидящего в седле человека. Охоту на слонопотамов отрабатывает? Или к противостоянию с каким-нибудь драконом готовится? — Вот только лучше бы ей привыкнуть побыстрее, иначе она будет получать по морде кулаком каждый раз, когда...
Употребленное им дальше слово было мне неизвестным и явно неприличным. Надо, ох как надо расширять свой лексикон! Однако прямо сейчас этого сделать не получится, поскольку наконец-то наигравшийся с новым седлом всадник прекратил махать отнюдь не легким копьем, свесился на бок и принялся расшнуровывать стремена, явно горя желанием как можно скорее навьючить прототип на настоящего скакуна, а не его убогое искусственное подобие. Причем энтузиазма преисполнился не он один. Еще несколько бойцов, видимо не совсем чуждых верховой езде, тоже с интересом поглядывали на творение кожевника и засыпали вопросами испытателя сей технической новинки. Кажется, некоторые хотели на её счет и со мной поговорить, но опасались не то репутации колдуна, не то стоящего рядышком начальства.
— Это хорошая вещь, — задумчиво произнес Борекс, потирая подбородок и наблюдая за действиями своих подчиненных. — Полезная, простая, дешевая. Её захотят себе все, кто имеет скакунов. И сделать легко. Ты знаешь, как сделать еще что-то столь же интересное?
— Надо думать, надо смотреть, надо пробовать… И далеко не все и не всегда будет получаться с первого раза, как сейчас, — аппетит конечно приходит во время еды, но кажется сей торговец со своими аппетитами несколько офигел. Примерно так же, как те его соплеменники, которые пытались женить Сергея на своей девице. Хорошо хоть намек к виде позеленевших рук они поняли правильно и разорвали помолвку без особых проблем, ведь один из богов жениха против, а смертным не следует перечить воле богов. Если бы не поняли — у нас в багаже имелись вещи куда токсичнее зеленки, а уж если вспомнить уроки химии…
Судя по повадкам тех так и не случившихся родственников Синицына, они в своем эволюционном развитии не далеко ушли от обезьян, а потому обязательно бы цапнули приметную штучку, чтобы покрутить, потрогать, попробовать на зуб...
А дальше все, финита ля комедия. Взялись без спроса за вещицу могучего колдуна, которую трогать не следовало, перемерли всей компанией... Трагично, очень трагично и урок всем окружающим. А науку криминалистики тут наверное еще не открыли... Впрочем, все равно лезть на рожон без серьезной причины не стоит, а то ведь мертвых могут и разговорить при помощи некроманта какого-нибудь.
— Например, я видел твою кузницу, у нас не такие, сильно не такие. Возможно, мы сможем сделать так, чтобы металл из них был лучше. Но тогда и часть выгоды от его продажи должна принадлежать нам. Скажем, одна пятая. Не будет выгоды, не будет и денег, все честно, согласись?
— Честно, не спорю, — пожал плечами полугоблин, сохранив почти невозмутимую физиономию. Почти, но все-таки не совсем, в его глазах определенно загорелся азарт. Уж я-то знаю на что давить, видел, как он едва ли не облизывал прутья арматуры. — Но все-таки мастера будут мои, кузница моя, сырье опять же мне покупать и о продажах готовых изделий договариваться… Да и заняты пока будут слуги Арфеста — металла мы привезли из джунглей много… Одна доля из двадцати мне видится более справедливой платой за вашу мудрость.
— Возможно, ты и прав, — не стал спорить я. — Тогда не будем спешить, столь важные вопросы следует основательно обдумать. Вот только кузнецов много, и даже если брать только тех, кто живет в этом городе, то не все из них прислушиваются именно к твоим словам. А если ты думаешь, что те прутья — это много хорошего дорогого металла, то мне тебя жаль. И не надо на меня так обиженно смотреть. У нас в мире из них сплетают дома для бедняков так же, как ваши бедняки сплетают свои хибары из веток.