– Это все орки! Поспорили, что смогу захмелеть… – Димитрис захихикал. – И мы покурили с шаманом!
О… Степные травы отбирают разум серьезнее алкоголя и дурно влияют на здоровье, порой даже ослабляют дар. Какой же маг глупый! Ради сомнительного удовольствия пойти на огромный риск!
Кажется, кто-то попал…
– И ты спокойно признаешься в нарушении правил, Димитрис? – сухо спросил магистр. – Дурманящие травы под запретом.
– Это не нарушение, это был эксперимент! – испуганно возразил искатель, трезвея на глазах. – Меня прокляли, я хотел убедиться, что все серьезно и нужны особые методы снятия вредоносных чар.
Я бы поспорила насчет вредоносности. Судя по оговоркам и тому, что видела в приграничном трактире, Димитрис еще тот любитель горячительных напитков, ему полезно стать трезвенником, иначе натворит дел. Кстати, девушка, которую он таскал, вместо того чтобы с ней танцевать, где она?
Я огляделась. Блондиночка уже была в другом конце зала, воспользовавшись моментом, что Димитрис о ней забыл.
– И кто же тебя проклял? И за что, искатель? – обманчиво-сочувственным тоном спросил магистр Торвеола.
Димитрис, ободренный вопросами, принялся оправдываться и обвинять:
– Это все ведьма! Я поставил ей знак избранности, сделал невестой принца, а она, – резкий разворот в мою сторону и тыканье пальцем, – прокляла меня!
Внутри будто инеем все покрылось. Искатель ощутил ту, которую отметил в трактире, он ведь видит скрытое. Неужели попалась?
– Я прокляла? – спросила весело, решив идти в своей лжи до конца, пока не предоставят точные доказательства вины.
Искатель сморгнул. Лицо вытянулось от удивления. Растерянным взглядом он смерил меня с ног до головы, затем перевел его на магистра, мрачного, как небо в бурю.
– Нет, не эта, не хранительница. Странно, я же чувствую, что она подходит в жены…
– Даже королю? – провокационно перебил его Кассий, неожиданно становясь слева от меня.
Так погрузилась в ситуацию, что перестала отслеживать, что происходит вокруг.
– Даже вам, ваше величество, – подтвердил бледный Димитрис. – Идеально подходит.
Позади кто-то ахнул. Глухой звук падения чего-то тяжелого. И новые аханья.
Неужели кто-то из придворных дам упал в обморок? И ее никто не поймал. Бедняга.
Быстро оглянувшись, убедилась в догадках.
– Так как понимать, Димитрис, твое состояние? – Магистр Торвеола вернулся к началу беседы, удачно смещая акцент с заявления о моей идеальности для короля на незаконный поступок искателя.
– Это все ведьма!
– Опять? – вздохнул магистр. – Как мужчина, бери на себя ответственность за поступки, не сваливай ее на других!
Пока лорд Торвеола отчитывал подчиненного, Кассий шагнул ближе и коснулся моего предплечья. Нежно, медленно провел, откровенно лаская, не боясь, что кто-то заметит.
– Слышала, Зея? Ты для меня идеально подходишь, – шепнул он довольно.
А ты для меня – нет. Фраза едва не сорвалась с моих губ. Как только я сдержалась?
Елки-метелки, и это ведь не в раздражении! Я действительно теперь так думала. Вся моя женская, да и ведьминская, сущность противилась его прикосновениям, попыткам соблазнить. Впрочем, к чему деликатничать? Здесь не соблазнение, а практически прямое требование разделить постель!
Я в шаге от исполнения давнего желания: могу стать королевой и изменить положение ведьм в стране, но… Я не хочу, боги! Не хочу. Какое несвоевременное открытие. И как теперь выкручиваться?
– Вот эта! Держи ведьму! – Выкрик Димитриса выдернул из самоанализа.
Искатель ворвался в проходящую мимо пеструю толпу девушек, изрядно всполошив их, и вытащил оттуда моего куратора.
– Эта! – Димитрис подвел несопротивляющегося Чейла к магистру.
– Простите, что происходит? – Хлопая длинными ресницами, лже-Эффи испуганно уставилась на влиятельных мужчин.
Ох, эти наивные зеленые глаза, в которых можно утонуть… Мой бывший куратор великолепный актер.
– Девчонка прокляла меня, когда я сделал ее невестой принца! – злорадно торжествуя, объявил Димитрис.
Ведьмы, прибывшие на смотрины, как стайка испуганных птиц разлетелись в разные стороны, подальше от обвиненной, подальше, чтобы даже ее тень не упала на них.
Все правильно, их это не касалось, вдобавок минус одна конкурентка. И в то же время обидно. Маги сплоченнее, чем ведьмы, которые вынуждены выживать в их мире.
– Что скажете, дитя? – нейтральным тоном, без строгости спросил магистр.
Я успела увидеть промелькнувшую в глазах куратора, древнего духа, усмешку. Ну да, из него дитя, как из меня невинная послушница богини Жизни.
Опустив ресницы, на которых бриллиантами засверкали слезинки, лже-Эффи тихо произнесла:
– Виновна, ваше магичество.
Что он говорит, глупый?! Я замерла, ошарашенная неожиданным признанием.
– Маг во власти хмеля поставил мне метку невесты, не спросив, хочу ли я. А я… я принца не знаю. Вдруг совсем не понравлюсь, обидно будет, – торопливо проговорила лже-Эффи, и слезы покатились из глаз. – Еще и наставница была далеко, я испугалась. Когда ощутила всплеск силы, поняла, что инициация близко, и выпустила свой гнев и…
