Сам Эрни ничего не говорил. Я, Паша и Лизка по очереди рассказали ему и Максу о своих сновидениях и посланиях Кимериуса в них. Наконец, выслушав нас до конца, Макс ухмыльнулся:
– Опять вы с этим бредом, блин. Ну и как вы хотите его возвращать? Идти на чужой микрорайон и прыгнуть на местных пацанов?
Рядом с нами занималось еще несколько ребят. Некоторые из них после слов Макса стали оглядываться на нашу компанию. Эрни заметил это и вполголоса предложил:
– Давайте лучше во дворе поговорим, тут много лишних ушей.
По дороге назад к дому он объяснял:
– Это сны-предупреждения. У вас все было, как и в моем вещем сне. Ко мне оракул явился в обычное сновидение, потому что я не подвержен сонной болезни. А вот у вас все началось снова и, похоже, уже не кончится без наших действий. А действовать надо быстро. Я кое-что выяснил про раскопки…
– Смотрите, – Лизка вдруг резко перебила Макса и указала на дорогу впереди. Мы остановились.
Там, начиная прямо от нашего подъезда и до самого выезда из двора (а может, и дальше, отсюда было не видно) по земле стелилась цепь раскиданных еловых веток. Каждый из нас знал, что это значит.
– Кто-то умер? – произнес Паша тихо.
– Нет, блин, живого хоронить повезли, – так же тихо ответил ему Макс.
– Странно, – заметил я, – нас же не было всего минут двадцать… Как успели? И почему мы ничего не слышали?
– Мне кажется, это он и есть, – медленно проговорил Эрни, скользя взглядом по еловым веткам, – знак.
Мы все несколько раз переглянулись. На лицах моих друзей (всех, кроме Макса) было заметно волнение. Наконец Паша сказал:
– То есть получается… мы… ну, те, кто украли кулон… или вернем его или… умрем?!
Эрни кивнул:
– Если верить знаку. Ветки-то от нашего подъезда раскиданы…
– Да сколько можно, – Макс с усмешкой вскинул руки. – Вам всем че-то приснилось, потом вы все че-то увидели и сами себе че-то по этому поводу придумали! Ну, ребят, честное слово, блин.
– Тебе легко говорить, – прервала его Лизка, – ты этих снов не видел. Сразу бы по-другому запел.
– Это правда похоже на знак, – согласился я. – Учитывая, что обнаружили мы его все вместе, да еще и при таких странных обстоятельствах. Только все равно не понимаю, как мы могли ничего не услышать, были ведь в паре дворов отсюда…
Мы постояли еще некоторое время, оглядываясь. Я невольно спрашивал себя, не сон ли все это, но окружающая обстановка была слишком реальной и логичной (кроме того факта, что до нас не донеслось вообще ни звука похоронной процессии). Разговор продолжился в беседке.
– Ты начал говорить, – обратился Паша к Эрни, – что выяснил что-то про раскопки.
– Да. Пришлось попотеть, чтобы это выяснить, хотя тебе стоило всего-то родаков спросить.
Паша помотал головой:
– Они вообще об этом неохотно говорят, так что вряд ли. А что спросить-то? Не томи уже.
– В общем, – сказал Эрни, выдохнув, – курганы зароют уже в понедельник. У нас есть всего пара дней.
– То есть, если я правильно понял, – Макс скептически подхватил слово, – если не успеть вернуть кулон до закапывания курганов, то всем нам грозит неминуемая гибель, а город будет вечно спать?
– Мне лично не до города, – вставила Лизка, – я просто больше не хочу видеть эти сны. Да и проверять, правдивы ли смертельные угрозы, тоже не хочется. А прикинь, если правдивы? Помирать как-то не было в планах…
– Помирать никому не хочется, – снова заговорил Эрни, – но я прежде всего хочу остановить сонную болезнь для всего города. Если из-за нас она появилась, то и прекратить ее должны тоже мы. Это наш долг. Тогда и не умрет никто, и все это наконец закончится. А ты что думаешь?
Я поднял глаза. Эрни смотрел на меня.
– Честно говоря, – мне было очень неловко в этом признаваться, но я решил сказать, – меня пугает только угроза смерти, о других засыпающих я тоже не очень беспокоюсь… Я понимаю, что это плохо, но…
– Вот все только за свою шкуру переживают! – неожиданно эмоционально ответил мне Паша. – Да, может, не все в нашем городе – хорошие люди… – на этих словах Макс громко усмехнулся, – но если не остановить это, то начнется полный хаос! Эрни мне газету читал по телефону – там говорилось о росте числа засыпающих. Так вот – мне и родители об этом говорили! Люди уже начинают засыпать за рулем, представьте, во что это может вылиться!
Мне показалось, что Паша слишком драматизирует, хотя отчасти с ним можно было согласиться.
– В общем, – сказала Лизка и вытянула вперед сжатый кулак, – я в деле. Мы пойдем на 7-й микрорайон (или куда там еще) и вернем кулон. Либо хотя бы сделаем для этого все, что в наших силах.
– Без вариантов, – кивнул Эрни и положил свою ладонь поверх кулака Лизки.
– Я тоже в деле, – торопливо подтвердил Паша и потянулся вперед, накрыв руку Эрни.
Я стоял в раздумьях пару секунд, а потом присоединился к ребятам:
– До конца так до конца.
– Да и хрен с вами, погнали, – сказал Макс, подходя к нашему солнцу с лучами из рук. Положив сверху свою ладонь, он добавил: – Надеюсь, что вы правы, иначе будет очень смешно.
