Сам же Сареф отчаянно пытался придумать хоть что-то. Два использования украденного умения сожрали весь его запас сил, да ещё и проклятие Хрипунца надёжно его обездвижило. И всё же… Незримая Поддержка исправно продолжала развеивать это проклятие, и с каждым разом оно понемногу слабело. И вот, когда окончательное и бесповоротное унижение его хилереми было неизбежно, Сареф внезапно обнаружил, что рядом с ним лежит ошмёток чешуи, который срезал Хрипунцу Хим в тот единственный момент, когда у него была возможность атаковать. И внезапно… как и когда-то давно, два года назад, ему неожиданно пришла в голову спасительная мысль! Столь сильное существо, как Хрипунец, нельзя было победить столь малыми силами. Но… его можно было заточить!
И пока Хрипунец жадно наблюдал за тем, как ломаются остатки воли хилереми, Сареф извлёк из Системного Инвентаря куклу Карины и приложил к ней ошмёток чешуи…
И только в момент подтверждения Хрипунец, скосивший взгляд в сторону Сарефа, взревел:
— НЕЕЕТ! НЕ СМЕЙ, ПОГАНЫЙ…
Но было уже поздно. Вспышка — и Хрипунец исчез, а кукла в руках Сарефа налилась приятной тяжестью. Вот только если Анейраш после этого действия провалился в сон — то подавить сознание такого мощного существа, как Хрипунец, она явно не могла. Несколько секунд кукла ходила ходуном в руках Сарефа, после чего обмякла — и в его сознании раздался бешеный рёв:
—
Но самым главным было то, что сразу после этого вся магия Хрипунца исчезла. И Хим тотчас вскочил на ноги, с омерзением вытирая свою морду лапами.
— Хозяин, молю вас, — в сердцах сказал он, — отдайте эту мразь в мою власть, прошу! Я отомщу, я отомщу этому подонку за все наши унижения…
— Сначала — спасти мою сестру! — приказал Сареф, — мы и без того потеряли здесь кучу времени! Всё остальное — потом!
Ансильяш тоже успел подняться на ноги. И хотя он смотрел на куклу в руках Сарефа с таким же жадным интересом, как и Хим, всё же сейчас стревлог не стал ничего говорить. Хотя, не было сомнений, как только выдастся удобный момент — они к этому разговору ещё вернутся.
Но сейчас было не до этого. Более не слушая воплей и проклятий Хрипунца, Сареф забросил куклу в Системный Инвентарь — и с помощью Хима принялся открывать сиреневые двери. За первой было пусто… но уже за второй обнаружилось помещение, которое дополнительно было разделено решёткой посередине, и на второй половине на, стоило отметить, довольно приличной кровати, обняв подушку и уткнув в неё взгляд, сидела его любимая, ненаглядная сестрица Джайна…
— Привет, Ссыкунья, — весело поздоровался с ней Сареф, — выглядишь неважно. А, между прочим, могла бы и постараться. Вдруг хотя бы здесь кто-нибудь возьмёт тебя замуж?
Джайна же, к удивлению Сарефа, никак не отреагировала на это полное оскорблений приветствие. Подняв взгляд, она вскочила на ноги и уставилась на своего сводного брата, как на призрака:
— Са… Сареф… это ты? Это, правда, ты?.. Но… что ты здесь делаешь? — ошарашенно пробормотала она.
— Ну, если вспомнить нашу историю взаимоотношений в детстве — то мне сейчас следовало бы сказать, что тебе здесь самое место, после чего развернуться и уйти, — невозмутимо сказал Сареф, — но, учитывая, что в поисках тебя мне пришлось перелопатить половину Островов Теневых Символов, заручиться поддержкой двух нейтральных монстров Высшего порядка и заплатить им легендарным артефактом пятого уровня и своей кровью — будет глупо бросать тебя здесь. Да и дядя обещал награду за твоё спасение, так что…
Повернув голову, Сареф увидел, что на стене висит один-единственный ключ. Разумеется, решётка состояла из металла, полностью гасившего любые Системные умения (он уже сталкивался с подобным эффектом на Глумидане), но вот отпиралась она с помощью самого обычного ключа. Что, впрочем, было вполне логично. Трудно представить вторжение в сооружение подобного рода. Поэтому один небрежный взмах правой рукой — и копия Игнаримха, схватив ключ, вставила его в замок, провернула — и дверь в решётке открылась.
