О нефрите и драконах полностью

– Если хочешь, – продолжал он, – я могу помочь. Каждый из четырех бейлов может выдвинуть по одному кандидату на вступительные испытания Гильдии инженеров, и так случилось, что я этого не сделал, так как был на рудниках Цзюйваня. Наши кандидаты не обязаны регистрироваться вместе с остальными.

– Правда? – В сердце Инь вспыхнула искра надежды – и тут же погасла. – Но в Гильдию не принимают женщин.

– Это так. Гильдия крепко держится за свои традиции. Впрочем, тебе вовсе не обязательно проходить испытания в облике девушки, – ответил принц, рукой указывая на ее наряд. В глазах его мелькнуло что-то трудноуловимое. – Кто ты на самом деле, останется пока секретом для всех, кроме нас двоих. Пока ты не докажешь мастерам Гильдии, что заслуживаешь занять место подмастерья. Докажи им, что ты – исключение из правил.

Инь с готовностью кивнула. Она уже приобрела кое-какой опыт в переодевании – правда, Четвертый бейл легко ее раскусил, и это не могло не беспокоить. Если уж она собирается принять участие в испытаниях, необходимо убедиться, что ее маскировка не подведет.

– Должен, однако, предупредить. У тебя как моего ставленника будет много дополнительных трудностей. – Е-ян говорил задумчиво, словно размышляя вслух. – Тебе придется приложить немало сил, чтобы доказать, что ты чего-то стоишь. Как приходится мне.

– Но почему вы решили мне помочь? – спросила Инь, пытаясь понять истинные намерения бейла. – Мы едва знакомы. Вдруг я – ничтожество и лишь опозорю имя бейла?

– Может, оно и к лучшему, – загадочно ответил бейл. – Попасть в Гильдию через парадный вход – лишь первый шаг. Если ты надеешься пойти по стопам отца, надо с честью преодолеть испытание. А затем ученичество – тяжкая борьба за право стать мастером Гильдии.

Гильдия инженеров была для Инь по большей части загадкой. Ее представление об этом союзе складывалось из отрывочных сведений, в основном – сильно преувеличенных легенд, и те она собирала годами. Отец мало рассказывал о своем пребывании в столице, и она черпала информацию, как правило, из рассказов странствующих торговцев. Несмотря ни на что, ее в Гильдию очень тянуло.

В душе ее зародилось радостное предвкушение, но тут она словно услышала тихий голос отца, его последние слова. Нефритовый кулон и дневник, скрытые под складками платья, лежали на совести тяжким грузом, напоминая об изначальной цели поездки в Фэй.

Отец бы меня не одобрил.

Он велел ей сжечь книжку. Он велел держаться подальше от опасности. Он запретил ей пускаться на поиски убийцы. Принять предложение Е-яна и вступить в Гильдию означало нарушить все обещания, данные отцу.

Но я должна это сделать.

– Я не боюсь, – заявила она. Ей хватило отваги спрыгнуть с вершины утеса – что может быть страшнее? Ей необходимо было найти истину. Если она заодно станет признанным инженером, что в этом плохого?

Она жаждала стать тем самым исключением, о котором говорил Е-ян, жаждала доказать, что способна постоять за себя даже в Гильдии. Возможно, судьба начертала ей именно такой путь. Это придется наконец признать, ведь цель вдруг оказалась достижима.

– Хорошо. – Е-ян подошел к окну, отвернулся от нее и уставился в серое небо впереди. Гордая поза никак не вязалась с его молодостью. – Теперь ступай. Когда мы приземлимся, можешь, пока не придет время испытаний в Гильдии, пожить в моем особняке в Фэе.

– Благодарю вас, мой бейл, – с поклоном ответила Инь.

– Какая жалость – носить имя, которое никто никогда не произносит вслух, – с сарказмом ответил он и небрежным жестом отослал ее из каюты.

Большую часть пути до Фэя Инь провела в крошечной, размером буквально с чулан, каюте, куда ее втиснули. Остальные члены экипажа – хорошо обученные, чрезвычайно дисциплинированные воины Ордена – ее словно не замечали. К счастью, в ее каюте имелся небольшой иллюминатор – через него можно было наблюдать за проплывающими облаками.

Прислонившись головой к стеклу, она смотрела на чаек, снующих вокруг дирижабля.

Вот если бы она могла захватить с собой крылья! Ей никогда не налетаться всласть, ведь путешествие на дирижабле – совсем не то, что полет наперегонки с ледяным ветром, от которого немеют щеки.

Облака внезапно разошлись, и при взгляде на землю у нее перехватило дыхание.

Остров Фэй был раз в десять больше Хуайжэня. Сам город располагался на западном побережье.

Фэй – столица территорий Аньтажань и резиденция Верховного командования Аогэ.

Внизу раскинулся причудливый лабиринт изумрудно-зеленых черепичных крыш. Город прорезала сеть каналов; их берега соединяли изящные арки каменных мостов. Тут и там в небо устремлялись многоярусные пагоды. Вдоль улиц выстроились деревянные шесты с яркими полотнищами, покрытыми вязью иероглифов, и с красными фонариками, приносящими удачу.

Корабль начал снижаться, и можно уже было разглядеть сотни людей, словно муравьи, спешащих по своим делам. Улицы запрудили купцы и торговцы, уличные артисты и музыканты, студенты и школьники.