– Нервничаешь? – спросил Е-ян, скривив губы. – Я сознаю, что, возможно, несколько поторопился, когда предложил тебе участие по моему мандату. Я просто хотел помочь, ведь лучшего кандидата у меня все равно не было. И мне показалось, что нельзя позволить пропасть твоему таланту. Но испытания в Гильдии – серьезный риск, особенно учитывая, что ты выступаешь под маской другого человека. Ты точно этого хочешь?
Он пристально смотрел на нее, и Инь потребовалась вся ее решимость, чтобы выдержать его взгляд и не отвести глаза. До сих пор ей в жизни не встречались люди с глазами цвета пасмурного неба, в которых изредка вспыхивали искры-молнии – опасные, но завораживающие.
Она кивнула, все же отводя взгляд.
– Я хочу вступить в Гильдию.
Она не просто хотела – ей это было
– Хорошо, – ответил Е-ян, сцепив руки в замок. – Не знаю, много ли тебе известно о Гильдии и вступительных испытаниях, но уверяю тебя – что бы ты ни слышала, они куда сложнее. Репутация Гильдии возникла не на пустом месте.
– Я справлюсь. Я не боюсь, – ответила Инь. – Отец научил меня всему, что знал сам.
Ее отец – лучший на свете, и он хорошо ее обучил. У нее не было причин сомневаться в собственном мастерстве.
Е-ян провел пальцем по ободку своей чашки.
– Не сомневаюсь, – сказал он, – но таланта и уверенности может быть недостаточно. У Гильдии есть свои недостатки, свои темные стороны, и накал соперничества порой толкает хороших людей на плохие поступки. Немного осторожности не помешает.
Инь почувствовала в его голосе искреннее беспокойство. Молодой бейл обладал скромным обаянием, которое она редко встречала в юношах. Парни из ее деревни были либо грубыми силачами, как ее брат Вэнь, либо самовлюбленными глупцами. Бейл напомнил ей отца, когда тот расчесывал длинные локоны матери, – она наблюдала эту картину в раннем детстве.
Она поскорее выкинула эту ассоциацию из головы.
– Испытание учеников состоит из трех этапов, – объяснял тем временем Е-ян, – разум, сердце и душа. В течение шести месяцев ты будешь брать уроки у наставников, изучая материалы, дизайн, строительство, историю и стратегию, и использовать полученные знания для прохождения трех испытаний, по одному в конце каждых двух месяцев. Кандидатов, не выполнивших требования на любом этапе, немедленно отсеивают.
– Сколько человек доходят до конца?
– Не более трех из ста человек на старте. В прошлом году Гильдия приняла только одного.
– Одного! – сдавленно пискнула Инь. Ее уверенность немного пошатнулась.
– Рано об этом беспокоиться, – сказал Е-ян и ободряюще улыбнулся. – Завтра, оказавшись на территории Гильдии, ты сможешь лучше разобраться, как обстоят дела и кто твои конкуренты. Поверь, они попытаются любым способом запугать тебя и захотят твоего поражения. Но, раз уж решилась на этот шаг, не сдавайся. – Он поднял последний белый камень, который все еще оставался на доске, – победную фишку – и принялся крутить ее в пальцах. – Ты сама сказала: возможность сопряжена с риском, и надо иметь мужество рискнуть.
На следующее утро повозка Четвертого бейла прокатилась под сводом огромной арки и въехала в обширный каменный двор, который вел к бесконечному лестничному маршу. На вершине лестницы виднелось внушительное сооружение, мрачный ансамбль в унылых серых тонах, больше напоминающий военную крепость, чем учебное заведение. Это и была столь почитаемая Гильдия инженеров, и стоило им пройти в ее ворота, как яркий, пестрый городской пейзаж Фэя остался в прошлом.
У подножия лестницы была установлена небольшая будка, где два писца проверяли бумаги у кандидатов всех мастей и размеров, выстроившихся в длинную очередь. Инь рассматривала соперников из-за занавесок повозки.
– Может, мне пора выйти? – спросила она, нервно поправляя одежду. Перед отъездом из дома бейла она несколько раз проверила свое отражение в зеркале, чтобы удостовериться, что сможет слиться с другими кандидатами: волосы были заплетены, как принято у мужчин, стройная фигура скрыта под слоями туго намотанной ткани, но все равно у нее сосало под ложечкой.
– Лэгуй все уладит, – ответил Е-ян, вращая на указательном пальце нефритовое кольцо. – А пока подожди здесь.
Инь не знала, чего они дожидаются, но послушно сидела в повозке и видела, как Лэгуй без очереди подошел к писцам. Они было проявили неудовольствие, но хмурые взгляды сменились льстивыми улыбками, как только Лэгуй показал им белый нефритовый кулон: видимо, его приняли за члена семьи Четвертого бейла.
– Аньхуэй Минь из клана Хуайжэнь Аньхуэй, – громко объявил более худощавый писец, как он делал для всех прочих кандидатов. Парочка обменялась любопытными взглядами, затем тот, что был покрупнее, торопливо записал имя и родовую принадлежность в свою регистрационную книжицу.
