По факту кражи завели дело и уголовный розыск заработал. Через неделю обнаружили труп предполагаемого похитителя, цыгана, во всяком случае, доктор утверждал, что его колено раздроблено конским копытом. А после началось заражение, и от антонова огня[36] он и помер. Но Мальчика при нем уже не было.
Примерно через месяц, когда Тихан с Ильей уже собирались на зиму перебираться в лес, на новую делянку, завернул к ним на двор дед Игнат, тот самый с которым Илья в Барсуки ездил, увидал Илью, подозвал и говорит:
- Я сейчас из Ставрополя, так на базаре, вроде, твой Мальчик продается. Только он, да и не он. Если бы я уверен был я бы сразу в полицию пошел.
- А что не так, почему сомневаешься?
- Да так-то очень похож, но худющий, и шишка на левом боку - с кулак.
- Прямо на ребре?
- Да.
- Так это точно Мальчик: в позапрошлом годе, его в лесу бревном садануло, так фельдшер сказывал - ребро поломалось, а срослось с шишкой, костяной нарост там. А видно только когда исхудает, а так только нащупать можно.
Сказали, Денису, кинулись к атаману, запрягли пару серых, и вчетвером понеслись в Ставрополь. К ночи были в полиции. Атаман поднял шум, а по такому случаю был он в мундире полковника и при регалиях. Подняли ранее заведенное дело, и Игнат повел всех на базар. Конь был все еще там. Двое полицейских забрали продавца в участок и там допросили его. По его словам он недавно купил коня у цыгана, не дорого всего за семьдесят рублей, то есть за полцены.
Станичники дружно опознали Мальчика. Дежурный сержант хотел лично убедиться, что это тот самый конь и предложил владельцу позвать коня к себе. Едва только Илья позвал коня по имени, тот заржал и пошел к нему, пока не уткнулся носом в грудь.
Составили протокол, и коня вернули. Задержанного решили подержать пока утром офицеры не придут, а пока проверяли его по картотеке.
- Что с ним будет? - поинтересовался Денис.
- Если за ним таких делишек не водилось, то так отпустят, он уже пострадал, потерял деньги, которые не возвратить. А если он не в первый раз - то штраф или принудительные работы месяца на три, дороги будет ремонтировать. Ну а ежели он злостный и за ним несколько темных дел, то год или два каторги впаяют. Но я думаю, что он не врет: так все и было, как он говорит, и он тоже пострадал.
Продал Илья, с согласия Дениса, старых быков, хороши были, но уж состарились совсем.
- А где других думаешь покупать? – спросил Денис.
- Думаю поехать на Черкесск, - там, люди сказывают, базар дешевый. Горцы много скота нагнали. У нас еще осень, а у них ранняя зима легла, говорят в горах снега по пояс и выше, целые деревни заметает.
- Ты там поосторожнее, если грабить будут – хрен с ними с деньгами, пусть забирают.
- Хорошо, - сказал Илья, - но после того как положил пачку денег за пазуху, дождался, когда отец отвернется, и сунул за голенище здоровый ножик.
Момент для поездки был очень неудачный, Тимка разбил копыто, и ездить на нем было нельзя недели две, а Мальчик числился украденным. Тихан нанялся к богатому человеку возить на своих конях товар и дома почти не бывал. А отец последнее время часто прибаливал.
Пошел Илья пешком, вышел напрямки к Извещательному и двинул в сторону Черкесска. Стало темнеть, а дорога пустая, ни в ту, ни в другую сторону, ни одной подводы. А Илья рассчитывал, что кто-то его подвезет…
Притомился он, присел, достал пирог и перекусил маленько. И вдруг слышит скрип. Ближе, еще ближе. Поднялся на ноги глядь, а в сторону Черкесска арба едет. Самая натуральная на высоких колесах. Он аж рот от удивления открыл, и никак не сообразит: проситься, что бы подвезли, или нет. Ведь арба означает, что хозяин горец, а это не лучшая компания, тем более ночью.
Подъезжает арба, а она груженая досками и предлинными - метра по три, свешиваются и вперед, и назад, а увязана кое-как. А тянет ту арбу пара вполне приличных быков. Быки транспорт медленный, едва быстрее человека идут, но все же лучше, чем свои ноги бить. А Илья еще не решил проситься на ту арбу или нет. И тут возница издал гортанный вопль, и арба стала.
- Знаком! – раздалось сверху, может тебе со мной в одну сторону? Мне помощь нужна.
- Мне в Черкесск надо, - отвечал Илья.
- Залезай, знаком! – уже веселым голосом пригласили сверху, - я тоже в Черкесск еду. Вместе поедем, а ты мне мало помогай!
Забрался Илья наверх и определил, что возница ногаец молодой, не высокий, с длиннющим кинжалом на поясе, ножны все в серебре, не простой, значит. Покосился Илья на кинжал и мысленно прикинул, как сподручнее за ножом потянуться, если что. А ногаец сбивчиво, путая и коверкая слова, стал объяснять - какая помощь нужна.
Тут до Ильи дошло, что туго ногайцу приходится с этими досками. Арба повозка двухколесная и сильно может наклоняться и вперед, и назад. А доски почти не закреплены и так и норовят перевесить то вперед, если едешь под гору, то назад, если на гору. В общем, возница замучился, ведь ему еще надо быкам кричать Цоб, Цобе, или что они там кричат по-своему.
Дорога пошла в гору.
- Знаком, полезай вперед, - попросил горец.
