Вот однажды на станции появилась цистерна. Обнаружили ее четверо казаков Астраханцев. От цистерны явно несло спиртом на всю округу. Предприимчивые хлопцы влезли по лесенке наверх и несколькими винтовочными выстрелами сбили замок. Цистерна была полна спиртом едва наполовину. И достать его было не просто. Самый отчаянный вызвался спуститься вниз и продегустировать продукт. Скинул он бурку, папаху и сапоги, ведь негоже добро портить.
Вниз вела металлическая лестница. Казак, вооружившись котелком, полез вниз. Внутри была высокая концентрация спиртовых паров они ели глаза чище лука. Вот парень на полдороге и сорвался вниз. Там он хлебнул спирта от неожиданности и задохнулся окончательно. Он барахтался, как попало, не видя спасительной лестницы, пока не утоп в спирте.
Известие мигом облетело сначала станцию, а потом и окрестности. Через час там было сот пять счастливцев, которым не нужно было сидеть на передовой. Притащили багор и после нескольких попыток подцепили и вытянули труп.
- Эх, дурра! – сказал один урядник. – Глупо сгиб хлопец.
Он взял винтовку, отошел шагов на двадцать, стал на колено, чтобы пуля не дала рикошету, и стрельнул в нижнюю часть цистерны. Толпа рванулась к выпивке.
- Эй, казаки! – закричал урядник, - давай по ряду! Всем хватит!
Сотня человек с котелками выстроилась в очередь.
- Этак мы до второго пришествия тут стоять будем, - закричали в задних рядах.
Недовольные сдергивали винтовки с плеча. Раздалось десятка полтора выстрелов и струи спирта побежали наземь. Нашлись свои спирточерпии на каждой струе. От цистерны потянулся народ с полными котелками спирта. А весть все распространялась по округе и привлекала все новых и новых любителей дармовой выпивки. Этот процесс продолжался до поздней ночи и никто из начальства не посмел встать между казаками и спиртом.
К утру спирт плескался на самом дне цистерны. Начальство, воспользовалось перерывом в питие и выставило сильный караул.
Что бы убежать из деникинской армии требовалась солидная подготовка. Был необходим транспорт, оружие, документы на проезд, деньги и офицерский чин. Офицеру доверяли автоматически, почти не задумываясь, и особо не приглядываясь к документам. А часто вообще документы не спрашивали – верили на слово. Другое дело нижние чины. Отношение к нижним чинам было как к пьяницам, лентяям, врунам, уклонистам от службы. Без офицерского мундира и документов далеко не убежишь. Все это необходимо было добыть, что в реалии означало украсть.
Приписки давали копейки, а больше красть Илья не решался – под трибунал попадали и за меньшее. Проблема денег решилась случайно и легко. Однажды он доставил в окопы сухари с просроченными немецкими галетами. Сухари были свежие и хрустящие, а галеты просроченные года на три и были они как каменные. Но ребята мочили их в чае и соскребали то, что отмокло. Остаток заворачивали в тряпицу и снова клали на дно подсумка. Так что одну галету ели недели две. Многие охотно меняли три галеты на шкалик водки.
Илья, по началу, как стал снабженцем, немного урезал хлебный паек, пока не накопил однодневный запас. После этого он стал выдавать полный паек, но хлеб давал вчерашний. Спустя некоторое время появились недовольные: хлеб был несколько черствоват. Когда начали жаловаться на Илью штаб-с капитану, его начальнику, тот сразу поставил их на место:
- Сходите в соседнюю часть, там как грязь, так хлеб подвести не могут, и они голодные сидят. А вам, привезли и ли не привезли хлеб, каптенармус выдает паек по полной. Совести у вас нет на него еще и жаловаться.
Управившись с делами, он подсел к одному из костров, где пообещали напоить чаем. В благодарность Илья, зная, как плохо питаются в окопах, отрезал большую часть каравая хлеба и отдал гостеприимным хозяевам. Хлеб поделили, и он мигом растворился в десятке желудков. Завязалась неторопливая беседа.
Слово по слову зашел разговор про карты. Тема была живая - в карты играли все. Был период фронтового затишья, и больше заняться в окопах было нечем, разве что вшей над костром трусить, когда уж очень заедать начинали.
Тут и поделись картежники с Ильей своим горем. Денег у всех были полные карманы. Там оседало и жалование и наворованное, почти все, при случае, были не чисты на руку, что и не удивительно в атмосфере развала и пофигизма, а также деньги регулярно пополнялись за счет убитых... Это было «преимуществом» передовой. Но вот беда, кроме как играть в карты, тратить деньги было не на что.
