На месте серебристых следов крови единорога появились подснежники. Нежные, трепещущие под дуновениями ветра, они сопровождали друзей по редевшему лесу. По древним легендам Анвирии, следы крови единорогов приводили к желаемому. Гладкие маленькие бутончики цветов с неоткрывшимися головками источали снежное свечение, словно на траве лежали перламутровые жемчужинки.
– По-моему, всё прошло хорошо. Если вспомнить, кто ещё живёт в этом лесу – мы счастливчики! – сказал Гави, рассматривая походу искрящиеся цветы, думая про себя «Лагоре бы понравилось». Он сорвал один из цветков, но тот разлетелся в стороны блестящей пылью. – Обидно…
– Теперь при малейшем звуке – ни с места. – Хет посматривал на белую змейку подснежников, отмечающую им дорогу.
– Замереть и ждать, пока сцапают? – Эвион сделал вид, что не понял.
– Нет, высмотреть объект движения и спрятаться.
Эвион долго не мог понять, чем именно привлекли его цветы на крови. Всю дорогу он шёл, смотря на них, и только когда с ветки слетела птица и трое замерли, готовясь к атаке, он осознал причину интереса. Сколько дней перед ним монотонно стояли деревья, деревья, деревья… Воспалённые от недосыпа глаза всюду натыкались на коричневые кроны и зелёные листья. Мысли настолько наливались этими картинами, что последнее представляемое Эви перед сном тоже обязательно было деревом. Он даже отметил, что деревья почти заменили ему людей – везде есть и всегда смотрят, что-то шепчут: точь-в-точь толпа на перроне. Цветы, белые, а не зелёные, вытеснили из разума лесной салат. Не хватало чистого неба для полного счастья и солнца над головой, но они до сих пор скрывались за ветвями.
«Пробуждением» стало падение на подснежники зелёного кленового листа. Как если бы раздёрнули две белые занавески в стороны, открыв яркий пейзаж за окном.
Не удалось цветам внести существенную перемену в однообразный пейзаж леса. Друзья снова шли, понурив головы, уповая на волю провидения. Однако под этой самой «волей» каждый уже тщательно продумал, что будет в дальнейшем, а провидению осталось только исполнить ИХ волю. Провидение пока бездействовало.
Когда вокруг нет ничего нового, машинально обращаешься к прошлому. Изучая мельчайшие детали диалога со злосчастным Кетером, Эвион продумывал, что бы ему ответил курильщик, поведи он себя по-другому. Если бы он сказал «отдам талисман», взорвался бы склон или нет? А если заглянуть чуть раньше: не зашёл бы Эвион в тот переулок близ дома, не случилось бы с ним всего этого. Но тогда бы талисман либо подобрал кто-то другой, что маловероятно, учитывая малолюдность того вечера, либо граф Спеода уже вернул бы свои владения.
Деревья свободно раскидывали свои кроны в стороны, не задевая друг друга, только закрывая чистое небо. Невдалеке стояло пять единорогов. Белоснежные кони смиренно жевали траву, опустив крепкие, волевые шеи. Одного из них, потрёпанного, друзья тотчас же узнали – этот единорог принял бой с мантикорой.
Кони навострили уши, хотя от трапезы не отвлеклись. Гави, Хет и Эвион подошли ближе. Спокойно отделившись от других, к ним на встречу двинулся один из единорогов.
– Отлично. – заулыбался Гави. – Как думаете, они не сочтут за дерзость, если мы попросим их о помощи?
– Ты знаешь их язык? – с расстановкой в голосе произнёс Хет.
– Эх! – Гави махнул на него рукой и быстро сократил расстояние между собой и конём. – Учитесь, неучи! – и он, прижав к груди руку, поклонился зверю. Брови Хета от удивления поползли вверх.
Единорог чуть согнул переднюю ногу в колене, сонно кивнул головой, как игрушечная птичка, пьющая воду из прикреплённой к её жёрдочке поилке, и вытянул вперёд шею. Гави отнял руку от груди и приложил к ровному, золотистому рогу коня.
Несколько минут стояли они в полной тишине, нарушаемой только щебетанием птиц высоко в кронах деревьев. Гави опустил руку и повернулся к друзьям, пребывавшим, казалось, в глубоком трансе.
– Теперь вы! – сообщил он им приятную новость.
– А что ты вообще делал? – не удержался от вопроса Эвион, разрываемый любопытством и восхищением.
– Красочно описывал единорогу сцену с похищением Лагоры и Тео в картинках и просил помочь.
– И он… Лошадь согласна? – Эвион смотрел то на Гави, то на единорога.
– Вроде да… – Гави уловил еле заметное скольжение улыбки по губам Хета. – Чтоб ты знал, кудрявый, единороги с помощью рога мысли читают!
– От кудрявого слышу. – отозвался тот.
– Так, подходите, кланяетесь тем, другим единорогам, дотрагиваетесь до рога и как можно чётче прокручиваете в голове мини-фильм о том, как похитили Лагору и Тео. Потом представьте, как едете на единороге их спасать. – Гави кивнул в сторону переставших жевать коней. Теперь, белоснежные, они смотрели томными взорами на путников.
– А просто подумать «довези меня до друзей» нельзя? – поинтересовался Хет.
– Нет, умник, единороги нашего языка не знают. Им картинками надо объяснять.
– А как я пойму, согласен единорог выполнить мою просьбу или нет? – в свою очередь спросил Эвион.
– Он не проткнёт тебя рогом! – улыбнулся Гави, но увидев замешательство Эви, тут же добавил:
