Остаток пути до дерева Эвион провёл в раздумье над вопросом: сможет ли талисман отразить атаку вампира? Та злобная девка в капюшоне точно проголодалась и будет не прочь отведать свежей кровушки. А Хета кто за язык тянул?! Зачем сразу ссориться! Ведь вампиры предложили помощь!
Свет там, где его нет
Хет, Эвион и Гави подошли к иве и опешили: за ней словно начинался другой мир. Ива оказалась дверью в другую комнату посреди Лугов Вечности. Содержимое этой комнаты заключало голубое небо, высокую зелёную траву и деревянную лестницу с резными узорчатыми перилами в виде веток с листьями. Лестница вела к большому многобашенному замку цвета слоновой кости. Круглые выпирающие балконы загадочно и романтично отбрасывали вниз причудливые тени, а пустые, тёмные глазницы окон мрачно и умиротворённо, словно прихожане в минуты молитвы, замерли в ожидании, когда в их сердцах зажжётся свет. Замок стоял на парящем в небе островке, почти скрытом от глаз большим белым облаком.
Троица, а следом и конвоиры, взошла по лестнице к дверям. Этрих спрыгнул с удивительной лошади и постучал в весомый металлический дверной молоточек в виде орла, сжимающего кольцо – змею. Гави узнал в змее уробороса – двухцветное существо, знак бесконечности, а значит и алхимии, прославляющей перерождение материй. Уроборос держит в пасти свой хвост, символизируя возрождение, самореференцию, переход из одного состояния в другое. Таких змей вешали на дома известные алхимики. Такие же висели во всех алхимических лабораториях и университетах. Если вампиры не просто позабавились, украсив двери таким символом, то возможно кто-то из них – слуга того же ремесла, что и Гави.
Двери открылись сами по себе, и перед гостями предстал длинный зал с многочисленными окнами, огромными люстрами под высоким потолком, раскрашенным небесными сценами из жизни богов. У стен встречались средневековые стулья, к некоторым окнам были приставлены столы с шахматами, колодой карт. На последнем столе у дальней стены зала покоился ноутбук с геральдическими монограммами на корпусе.
Двери захлопнулись. Вампиры, прогнав лошадей чуть вперёд по залу, осадили их и спрыгнули на пол. Серые зубастые кони перевоплотились в маленьких летучих мышей и с визгом улетели в тёмную нишу под потолком.
Проходя зал, видевший немало балов и слышавший немало мелодий, вампиры и люди остановились у нескольких тяжёлых, покрытых золотой краской кресел и небольшого столика с позолоченным рисунком.
– Не сочтите за трудность подождать нас тут? – учтиво поинтересовался Этрих.
– Что вы, напротив: примем за честь. – Гави опустился в мягчайшее кресло и тут же сжал его ручки, волнительно ожидая встречи с Лагорой и излучая слепое доверие к вампирам.
Хозяева дома прошли к дальнему крылу зала, где в разные стороны уходили три лестницы на балкон второго этажа. Наверху было несколько дверей. Между ними висели портреты красивых людей в золотых рамах с вензелями.
Когда вампиры поднимались по лестнице, двое из них сняли капюшоны. Троица снизу тут же с любопытством изучила затылки рыжеволосого мужчины и мужчины с пепельно-чёрными волосами. Последний получил вампирский укус будучи пожилым и остался таким навсегда. Ему принадлежал хриплый старческий голос. Отстранённая девушка плаща не сняла, не считая нужным показывать своё лицо каким-то проходимцам.
Хет, Эвион и Гави остались одни в пустом, светлом и свежем зале. Из окон был виден лес, сочный, как трава на Лугах, а солнце, вставшее над ним, струило яркий тёплый свет длинными лучами на деревянный пол.
На верхнем этаже раскрылась крайняя дверь, и на балкончик выбежала взволнованная женщина в строгом сером костюме, изобилующем тонкими золотыми украшениями. Гави дёрнулся было к лестнице в надежде, что это – Лагора, но приуныл и отвернулся, увидя незнакомку, чьи каштановые пряди рассекал белый колосок, выбившийся из пучка. Женщина, как маленькая девочка в зоопарке, вылупила на гостей глаза.
В этот момент из другой двери вышел рыжий мужчина в персиковом фраке с оборками.
– Знакомься, Алеса, наши гости! – весело сказал вампир, взмахнув рукой в их сторону. Рукав его фрака с торчащими изнутри рюшами походил на одуванчик.
Глаза вампирши стали ещё больше. Она быстро затараторила:
– Почему явились сейчас? Гости тут, а посуда побита. С чем пожаловали они? Кубков нет. Всё разбила… Всё разбила!
– Опять?! – воскликнул рыжий, изображая крайнюю степень отчаяния. – Господа, приношу извинения за этот спектакль. Некоторые свято верят в чудодейственную силу разбитой посуды… – он обратился к Алесе шёпотом. – Может, мы и не едим из неё, но это вовсе не повод…
Открылась третья дверь и вышла улыбающаяся лучистая золотоволосая вампирша. Плащ более не скрывал её тонкую фигуру, длинное роскошное платье с корсетом и, самое удивительное – золотые крылья за спиной. Следом за ней вышли Лагора и Тео.
