Наконец Роджер махнул Дженис.
— Давай оставим их наедине, — сказал он. — Думаю, им это нужно.
Дженис нерешительно взглянула на Райдера, но Роджер взял ее за руку и вывел из комнаты.
После того как закрылась дверь, я не знала как быть. Такие новости меняют жизнь. Может, он хочет побыть один? Может, мне следует выйти? Или правильнее остаться?
Райдер сжал и разжал кулаки, отчего у него напряглись мышцы.
— Ты знала? — спросил он, глядя перед собой.
— Она рассказала мне в тот день, когда тебя нашли, — ответила я.
Проведя ладонью по лицу, он вздохнул.
— Черт, — прошептал он.
Столько боли было в одном этом слове. Поднявшись на ноги, я пошла к нему. Когда я оказалась на достаточном расстоянии, он потянулся ко мне и притянул к себе между ног.
Некоторое время мы так и держались друг друга. Его ладони обняли мое лицо, а мои пальцы замерли на его теплой шее.
Спустя, наверно, вечность, он убрал волосы от моей шеи, открывая ухо.
Наклонив голову, он прижался губами к чувствительной точке на мочке уха и прошептал:
— Спасибо, что терпела меня все эти годы. Я бы не пережил всю эту безумную хреноверть без тебя.
Его ладони опустились сперва на грудную клетку, затем легли мне на бедра. Губы отпустили мое ухо.
Я обхватила его за голову. Повернула лицом к себе и прижалась к его губам.
— Я люблю тебя, Райдер, — прошептала прямо ему в губы.
Стон был его ответом, когда мои губы раскрылись под его напором.
Мы остались наедине. Надо бы рассказать ему про ребенка. Но я не могла. Он только что узнал, что вся его жизнь оказалась окрашена ложью, что его усыновили. Просто перебор рассказывать ему сейчас, что он вскоре станет отцом, слишком быстро. Называйте меня кем хотите, но я просто не смогу.
Его руки проникли под рубашку, касаясь обнаженного бедра. Может, ему и больно сейчас, да и я еще скрываю свою беременность, но я хотела его. И ничто не могло отменить этого.
Его ладонь как раз направлялась к моему животу, когда дверь снова распахнулась, пресекая его действия.
Я оторвала от него губы. Неужели все позабыли, как стучать?
— Черт. Гэвин, я как бы занят, — увидев в дверях брата, сказал Райдер и достал руки у меня из-под рубашки.
— Как бы пофиг. Только гляньте, кто восстал из мертвых! — пошутил Гэвин, заходя в комнату. — Ужасный и всемогущий Райдер собственной персоной.
Я попыталась отойти, чтобы не мешать воссоединению двух братьев, но Райдер удержал меня, отказываясь отпускать.
— Ты как? — спросил Гэвин, остановившись у края кровати. Опустив руку Райдеру на плечо, наградил хорошим, сильным таким похлопыванием.
— Минуту назад было лучше, братишка, или мне называть тебя кузеном? — ровным тоном спросил Райдер.
— Значит, мама уже рассказала? — спросил Гэвин, переставая улыбаться.
— Да. Просто полный трэшак.
— Ну да. — Гэвин неуверенно почесал свой бородатый подбородок. Спрятав руки в задних карманах, он откашлялся. — Она рассказала мне несколько дней назад. Мне как-то похер. Мы все равно братья, Райдер.
— Ну а мне как-то не похер. Что еще я не знаю? — спросил Райдер, прожигая взглядом.
Гэвин потер кончик носа и взглянул на меня. Я ждала, что он скажет то, что просто уничтожит Райдера — я поцеловал Мэдди. Я задержала дыхание, молясь, чтобы Райдер не возненавидел нас после этого. Но Гэвин промолчал.
Гэвин переминался с ноги на ногу и начал разглядывать свою обувь, а я отвернулась. Райдер рассматривал нас, его взгляд метался между мной и Гэвином.
— Да что с вами? — спросил он, выпуская меня из своих рук. — Что вы скрываете? — в его голосе прорезалась жесткость, а взгляд стал ледяным — такой знакомый мне образ.
— Ничего, — ответил Гэвин, снова бросая на меня взгляд.
— И почему я тебе не верю? — парировал Райдер. Словно существо, включившее защитный механизм, Райдер спрятал все свои эмоции, прикрывая их гневом и раздражением. Он отстранялся от меня, возводя вокруг себя прочный занавес, за которым никто не мог его увидеть.
Пожав плечами, Гэвин отвернулся. Вина так и читалась у него на лице. В отличие от Райдера, он не обладал талантом скрывать свои эмоции, у него всегда была душа нараспашку. Схватив из угла стул со спинкой из перекладин, он приставил его к кровати. Повернув спинкой вперед, он сел на него, глядя на Райдера.
— Лучше перейдем к делу, — сказал он, сложив руки на спинке. — Что с тобой произошло?
— Что именно ты хочешь услышать? Историю о том, как меня подстрелили, после чего затащили в ту адскую бездну, или же другую — как меня избили и бросили в луже крови мухам на пир? — прямо спросил Райдер.
У меня кровь отхлынула от лица. Мне срочно понадобилось присесть, я опустилась на стул. Я знала, что Райдера избили. У него вся спина была испещрена рубцами и порезами, оставленными или плетью, или цепью. Огромные синяки, по форме напоминающие отпечатки мужского кулака. Его избили, пытали, подстрелили и бросили умирать. Просто чудо, что он выжил. Но слышать все это из его уст просто невыносимо.
— Сколько солдатов в лагере? — спросил Гэвин тоном, словно вел допрос.
Райдер пожал плечами.
