– Не будем сгущать тучи. Может, просто эти три придурка решили солы поднабрать. Йонас так вообще якшается с Охоромом. Вот и выпросил у него пару сотен обезьян.
Юншен рассмеялся:
– Это так не работает.
– Ладно, просто я до жути не хочу думать о Ямисару. Масуми не вытянут теперь.
Брайан взял бутылку у Юншена, после того как тот напился. Это была уже третья двухлитровая бутылка, которую они осушили за весь поход. Юншен обтер губы рукавом.
– Да, не будем сгущать тучи, ты прав. – Юншен похлопал себя чуть ниже груди. – Людей жалко. Не разбираясь, поубивали всех.
Он кивнул на лежащие в снегу тела. Их кожа была белая, глаза ясные, хоть и пустые, а засохшая кровь – красная. Среди взрослых и пожилых лежали и дети. Никого не пощадили, даже самых маленьких. Кэсси не могла смотреть на мертвых. Она боялась, что это сломает ее. До нее только начало доходить, что все эти события уже наложили отпечаток на нее. Кэсси до конца жизни будет вспоминать об этом содрогаясь.
Закрутив крышку, Брайан передал бутылку Юншену и, пока тот убирал ее в рюкзак, предположил:
– Укусов не видно, демонической энергии мало.
Теперь Кэсси убедилась – они ощущают демоническую энергию.
«Может быть, поэтому на Нессу и ее порез не обращали никакого внимания? Но тогда почему они не чувствуют, что я полукровка?»
Брайан окинул мертвых печальным взглядом:
– Какая разница, кто мы, илувий или яшуто, если рождаемся и умираем одинаково?
Повесив рюкзак за спину на одну лямку, Юншен сдавленно выдохнул:
– У нас не может быть общих детей.
– Но полукровки-то существуют.
«Они знают!»
Земля ушла из-под ног. Кэсси мысленно сжалась.
Юншен качнул головой, улыбаясь:
– Они незаконны, чудила!
«Пожалуйста, смените тему!»
Брайан отряхнул с жилетки прилипшую щепу, измазанную демонической кровью.
– Ну че? Донесем Кленовому Дому, что тут происходит? Пофиг, вопросов много будет, но хоть зараза дальше не пойдет. Да и пусть задействуют докчадовцев. Нужно узнать, откуда ноги растут. Может, это и не Ямисару, а всего лишь их последователи.
Кэсси плохо помнила, кто такие Ямисару. Но, кажется, это были те, кто договорился с Охоромом, чтобы тот вселился в красных обезьян. Тогда им действительно есть чего бояться.
Юншен окинул территорию взглядом:
– Да, дисциплинарное нам точно влепят за то, что на землях илувий были. Но это нужно остановить. Как из глухой зоны выберемся…
– Ну ты придурок! – Брайан хохотнул и толкнул его в грудь. – Ты ж станцию выкинул по психу своему!
Юншен опустил голову, прижал кепку ладонью и неспешно вернулся на место.
– Ну, сразу, как только через портал махнем.
– Во ты дурень! – Брайан накинул сверху капюшон. – Ладно, давай лучше я проверю автобус, а ты будь здесь.
Он хлопнул Юншена по плечу и побежал к автобусу, что стоял поперек узкой расчищенной дороги. Капотом он упирался в сугроб, а задние колеса переехали борозду снега. Кэсси не представляла, как Брайан будет его вытаскивать.
Кэсси быстрым шагом направилась к Патрику. Он так и не поднялся со снега. Его плечи содрогались от всхлипов, он не мог втягивать заложенным носом воздух, а горло хрипело от каждого вздоха.
Кэсси пошарила в снегу, откопала его шапку и, отряхнув от снега, подала ему.
– Надень, холодно. – Ее голос дрожал. Ей было очень жаль Патрика. Слезы сами наворачивались на глаза. – Патрик.
Но он не отвечал и никак не реагировал. Кэсси присела на корточки возле него и замерла, не зная, что дальше делать. Она опустила взгляд на вязаную шапку. Мелкие снежинки застряли между петельками пряжи. Кэсси стала их смахивать. Ей хотелось поддержать парня, сказать, что все наладится, что нужно жить дальше.
Но… Что бы она сейчас ни сказала, Патрик не услышит ее, в худшем случае – разозлится.
Пальцы замерзли, пока она очищала шапку от снега. Патрик все плакал, уткнув лицо в острые колени.
Кэсси внимательно рассматривала растянутые петельки на шапке, пока не заметила, как в глазах появились черные точки. В какой-то момент их стало так много, что Кэсси испугалась. Неужели она снова теряет сознание? Нет. С чего вдруг? Тогда она резко качнула головой. Не помогло, напротив, все померкло. Кэсси едва не осела в снег, как вдруг забрезжил свет. Косые лучи принимали очертания, они будто создавали что-то из воздуха, пока Кэсси не узнала в сгустке света Патрика.
