– Звук двигателя привлек! Вот уроды! Все слышат! – Брайан спрыгнул на снег, освобождая водительское кресло. – Кто там сядет, сцепление тугое, сильнее давите. Главное, не тормозите, снег рыхлый, может заглохнуть, и потом не тронетесь.
Автобус подрагивал всем корпусом. Кэсси много раз каталась на таком по городу. Обычный рейсовый автобус с кожаными протертыми сиденьями и окнами, обклеенными наклейками от жевательных резинок. В таких всегда пахло машинным маслом и горелым пластиком.
Лихорадные визжали. Они приближались быстро, их влек звук двигателя.
Дэвид помог Кэтрин затащить Холджера. Следом, расталкивая всех, забралась Несса. Она буквально схватила Кэсси за рюкзак и убрала ее с дороги. Лямки соскользнули с гладкого пуховика, и тяжелый рюкзак упал на землю. Кэсси разозлилась. Ярость лишала ее рассудка, но она понимала: нужно держать себя в руках.
Патрик растерянно стоял рядом. Он бросал на распахнутые двери испуганный взгляд, переминаясь с ноги на ногу.
Каким бы сильным ни было его горе, услышав лихорадных, он взял себя в руки и подошел к автобусу. Кэсси заметила в его руке записку, а в другой шапку. Он так и не надел ее.
– Кэсс, чего стоишь?!
Ее будто ударили. Она уже собралась нагнуться, чтобы подобрать рюкзак, как ее опередили. Она успела заметить чьи-то руки – они подняли рюкзак и протянули ей. Точнее, не протянули, а пихнули ей в грудь. Кэсси обняла его, отшатнувшись. Юншен.
Она посмотрела на него. На несколько долей секунды.
Ей хватило этого, чтобы заметить его нерешительность.
– Давай быстрее! – Дэвид схватил ее за капюшон, но тут услышал:
– Ты ее задушишь, придурок!
Дэвид не разжал пальцы, но тянуть перестал.
Кэсси развернулась и сама забралась по ступеням в салон. Там пахло горелым маслом и дешевым бензином.
– Дэвид! – раздалось позади. Кэсси обернулась и наткнулась на неодобрительный взгляд брата. Юншен вытащил из рюкзака белую плоскую коробку. – Лови!
«Это он кому?»
Поймал Дэвид. Кэсси даже не успела сообразить, что делать. Ее руки были заняты, она крепко прижимала к груди рюкзак.
– В следующий раз поставь чайник, Дэвид! Provi?
Его лицо озарила лучистая улыбка. Черные глаза сияли под козырьком бейсболки. Манлио приложил два пальца к виску и отсалютовал.
Потом он посмотрел на Кэсси. И она замерла.
Юншен криво улыбнулся, показывая пальцем на ее карман. Как же ему шла эта кривоватая улыбка. Она подчеркивала озорство в его темных глазах.
– Медуза. Не забудь!
Когда до Кэсси дошло, о чем он, она быстро закивала и улыбнулась. Она так и не поняла, как ему удалось в такой напряженный момент заставить ее улыбнуться.
Без промедлений Юншен рванул к Брайану помогать расчищать дорогу.
Кэсси видела через промерзшие стекла дрожащие тени лихорадных, что выползали из лесополосы. Видела и вспышки голубого света.
Яшуто. Манлио яшуто.
Водительская дверь закрылась. Судорожно выдохнув облачко пара, Кэсси посмотрела на Дэвида. Он безмолвно положил коробку, как выяснилось, конфет на сиденье и отодвинул Кэсси с порога.
– Не злись, ладно?
Кэсси не понимала, что происходит. Она следила за ним взглядом. Брат спустился на одну ступеньку. Двигатель грохотал, лихорадные визжали. Двери не смыкались, а водительская уже была наглухо закрыта.
Сердце бешено заколотилось о ребра.
– Дэвид?
Он нервно улыбнулся. Его губы дрожали, он хотел улыбнуться шире. Кэсси это видела. Его глаза светились от любви и тепла.
– Не злись на меня.
Как ножом по сердцу.
Кэсси задержала дыхание.
– Я хочу как лучше.
Он встал на последнюю ступеньку. Держась руками за поручни, он не сводил с Кэсси взгляда. Он все так же пытался запретить себе улыбнуться.
Его глаза наполнились непролитыми слезами. Янтарь утонул в соленой воде.
– Ты только не злись на меня.
Он спустился на землю.
– Дэвид, нет!
– Патрик! – закричал брат и ударил ладонью по окну.
Двери закрылись за ним. Кэсси бросилась за братом. Рюкзак повалился ей под ноги, нужно было освободить руки.
Она начала долбить кулаками по холодному стеклу. Ледяные узоры по краям создали настоящую сказку, которая мало подходила для ситуации. Кэсси видела Дэвида. Ее душа разрывалась от боли. Слезы пеленой заслонили его фигуру.
Смахивая их, она видела не того Дэвида, который оставил их, а того, который провожал ее летом в лагерь.
