Это было мое первое Рождество, проведенное в одиночестве. После отъезда в колледж я каждый год возвращалась домой и отмечала вместе с семьей, так что для меня этот праздник был неразрывно связан с домашним уютом, переполненном гостями домом и вручением подарков. А вот воспоминания о последнем Рождестве причинило мне невыносимую боль, хоть это и был самый счастливый день в моей жизни. Я впервые осталась праздновать в Нью Йорке, вместе с… Но нет, лучше не терзать себя.
Конечно, я могла бы провести Рождество с семьей. Бросить этот пустой, одинокий дом и вернуться в родные стены. Эти соблазнительные мысли погружали меня в приятные фантазии: вот я стучусь в знакомую дверь, она со скрипом открывается, и показываются удивленные лица родителей, которые постепенно озаряются радостью. Я с криком «Сюрприз» бросаюсь им на шею и вручаю всем подарки. Мы все вместе готовим праздничный ужин, шутим, смеемся и обсуждаем, кого пригласить к себе и к кому самим отправится в гости. Уютный дом постепенно заполняется аппетитными запахами запеченного мяса и корицы, а я сижу в блаженном тепле и делюсь с родителями всеми своими переживаниями за последние годы. Бесконечное счастье заполняет каждую клеточку моего тела, и даже обычное бахвальство приехавшего Джорджа не может приглушить это чувство.
Эти мысли были настолько заманчивы, что я уже практически поддалась искушению. Но я прекрасно знала, что, если уеду отсюда, если вернусь в расслабляющие объятия родителей, то уже никогда не смогу вновь заставить себя вернуться и обречь себя на щемящее одиночество. К тому же, я понимала, что родители не выдержат и снова набросятся на меня с расспросами, дать откровенные ответы на которые я была пока не готова. В итоге, я опять вспылю, мы перессоримся, и праздник будет совершенно испорчен… Нет уж, я дала себе слово, и я собираюсь сдержать его. Это одиночество мне необходимо. Я должна разобраться в себе и понять, что привело меня к такому концу.
***
Стояло то раннее утро, когда спится слаще всего, а сны самые увлекательные и красочные. Сегодня, видимо, было холоднее обычного, потому что я проснулась от того, что порядком замерзла. Не открывая глаз, я поплотнее укуталась в пушистый плед. Моя щека покоилась на ласковом ворсе, и всю меня окутывало блаженное тепло. Устроившись поудобнее, я уже приготовилась вновь погрузиться в сон, однако что-то не давало мне это сделать. Что-то было не так, как всегда. Я слегка приоткрыла один глаз, но не заметила ничего примечательного. Вдруг я поняла, что то, что смутило меня, находилось не в комнате, а за ее пределами. Я перевела взгляд на окно, и еще не привыкшие к свету заспанные глаза ослепила яркая белизна, льющаяся оттуда.
Неожиданно меня охватила непритворная, восторженная детская радость. Стряхивая с себя остатки сна, я скинула с себя одеяло, и тут же моя кожа покрылась мурашками от холода. Я быстро ухватила свешивающийся со стула коралловый халат и подбежала к окну, на ходу торопливо просовывая руки в рукава.
Первый снег всегда приносит с собой ощущение чуда. А первый снег, выпавший прямо накануне Рождества, когда город уже стоит преображенный, нарядный и готовый к торжеству, вызывает ни с чем не сравнимое простое и неподкупное счастье от того, что праздник пройдет по всем правилам. Судя по всему, снег шел всю ночь, потому что замело все вокруг. Искрящиеся снежные хлопья отражали бледные лучи далекого зимнего солнца, множили их и разбрасывали вокруг слепящим сиянием. Нетронутые, девственно чистые сугробы заботливо укрывали беззащитную голую землю и серые асфальтовые дорожки. Снег лежал на обнаженных ветвях деревьев, широких подоконниках и черепичных крышах, засыпал ведущие к дому ступени, набивался под порог двери, покрывал перила, невысокие скамеечки и головы Санта Клаусов. Те машины, что не стояли в гаражах, превратились в огромные белые холмы. Весь городок выглядел, как поздравительная рождественская открытка.
Я стояла рядом с окном, и в душе моей все больше разгоралось лихорадочное возбуждение. Охваченная необузданным порывом, я обернулась и бросилась к шкафу, стягивая с себя халат и тонкую пижаму. Подхватив с полки первые выпавшие оттуда джинсы, я, прыгая на одной ноге, наскоро одела их. Натягивая на себя широкий вязаный свитер и перепрыгивая через несколько ступенек сразу, я летела к выходу. На ходу я стянула с вешалки зимнее пальто на меху, сунула ноги в высокие сапоги и распахнула дверь.
