Семнадцатое ноября, понедельник, восемь утра, я сижу в приёмной косметического журнала “Мираж” в ожидании своей очереди на собеседование. В девять ноль три я выхожу из офиса на холодную Лондонскую улицу, шагаю до парковки прокручивая в своей голове слова собеседующего меня симпатичного мужчины за тридцать о том, что он обязательно мне позвонит, даже если моей кандидатуре будет отказано. То, как он уверенно заявил о том, что
До декабря осталось меньше двух недель, а это значит, что мне пора уже начинать шевелиться. И всё же меня не расстраивал тот факт, что из-за предстоящего отъезда Ирмы в сторону Ньюкасл-апон-Тайн я потеряю “золотую жилу”. Дариан, конечно, прозрачно намекал мне на то, что не смотря на отъезд Ирмы я останусь “при нём”, но меня это не устраивало. Я и сейчас-то деньги с воздуха брала, фактически получая зарплату за одно лишь своё присутствие рядом с Ирмой, но брать деньги за то, что я буду присутствовать в поместье в качестве, например, гувернантки – это всё равно, что брать деньги за то, что я сплю с Риорданом. Сейчас я хотя бы составляю компанию девчонке, потом же у меня и вовсе не останется обязанностей, кроме как периодически запрыгивать в постель своего босса. И если ту зарплату, которую я получаю сейчас, мне платили изначально – то есть ещё до того, как я начала спать с Риорданом – то следующая моя должность при его особняке, как бы она не звучала, может трактоваться лишь как “девушка для постельных утех”. В общем, я была даже рада, что пора расставания с Риорданами медленно, но верно подкрадывается ко мне с первым снегом, хотя и с опаской смотрела на сумму, которую мне оставалось собрать на операцию Мии за следующие полгода… Буду таксовать всё своё свободное время и, возможно, через месяц-другой подыщу себе третью работу.
На свою действующую работу я приехала на десять минут раньше положенного, поэтому сейчас сидела в машине и, через ворота открытого гаража, в котором припарковалась рядом с машиной Джины, смотрела на дневную серость. День, как и весь ноябрь, был холодным. С утра над центральной Англией навис циклон, вызвавший сильный ветер и не менее сильную морось, отчего влажность резко поднялась, и наступивший день стал самым холодным за этот ноябрь. По крайней мере так сообщала женщина по радиоволне, пока я допивала свой кофе на вынос, которым позволила себе угоститься в Лондоне.
Наконец прикончив кофе, я выбралась из машины, закуталась в шотландский шарф-плед и, зачем-то поставив машину на сигнализацию, отправилась в сторону особняка, предварительно закрыв за собой гаражные ворота.