Налет продолжался прямо сейчас. И, если те стражники, которых он нашел на первом этаже и отправил наверх, — единственная подмога, на которую можно рассчитывать, то дело плохо. Грэг понимал, что должен поспешить наверх, к остальным. Он лишь надеялся, что Дезмонд успел предупредить Бэстифара. Силы аркала должны были остановить налетчиков, которые, судя по всему, пробрались во дворец. Грэг удивлялся, как мог разминуться с ними. И где, бесы его забери, носит Мальстена? Оставалось лишь уповать на то, что он сейчас где-то поблизости от Аэлин и сумеет защитить ее.
Грэг молнией пронесся по лестницам и коридорам дворца, попутно призывая всех встретившихся ему по пути слуг найти укрытие. Оказавшись в коридоре, ведущем в тронную залу, Грэг ощутил почти животный ужас: до него донесся звон стали и звуки борьбы.
Не помня себя, Грэг бросился в сторону тронной залы и ворвался в открытую дверь с мечом наизготовку. Перед ним предстало поле боя. Кару атаковал какой-то неизвестный боец в красном и, к удивлению Грэга, она не позволяла так просто себя победить, реагируя быстро и орудуя стилетом, как дикая кошка когтями. Боец уже получил несколько несерьезных царапин, тогда как Кара оставалась целой и невредимой.
Взгляд Грэга выхватил Аэлин. Она вела ожесточенную схватку с бойцом в форме Красного Культа с длинными светлыми волосами. И как эти волосы только не мешали ему? Как он оставался при этом столь быстр? Видят боги, Аэлин Дэвери была искусным бойцом, но этот человек явно был серьезным противником. Они кружили вокруг друг друга, нанося и отражая удары. Аэлин то и дело замирала, будто пыталась слиться с окружающим пространством, что было на нее совсем непохоже.
Тут же взгляд Грэга нашел аркала, и вопросов стало только больше. Почему он, бесы его забери, сражается с Колером на мечах? Что мешает ему просто сокрушить его своей силой? Ведь было видно, что в бою ему нелегко дается отражать атаки старшего жреца Кардении, который бился не на жизнь, а на смерть.
Дезмонда нигде не было. Во всяком случае здесь, на поле боя.
Ответ на свой вопрос Грэг нашел почти мгновенно… и ужаснулся. Мальстен Ормонт, явно выдержавший не один удар, судя по кровоподтекам на лице, был привязан к колонне, путы стягивали его по корпусу. Руки ему связали за спиной. Но ведь это не должно было остановить Мальстена: он мог пользоваться нитями, если видел свою цель! Разве что… сейчас он ее не видел? Грэг отметил, что на данталли была красная накидка. Никогда в жизни он не видел, чтобы демоны-кукольники надевали красное. Может, дело в этом? Неужели накидка сковывала его? Иначе и быть не могло, ведь, зная Мальстена, он применил бы силы при первой же возможности!
Грэг понял, что должен сделать. Прорвавшись сквозь сражающихся, занятых схваткой друг с другом, он ринулся к тем троим, что охраняли Мальстена. Самый крупный из них заметил его и кивнул двум другим, чтобы шли Грэгу наперерез. Охотник выругался про себя, сетуя на то, что не сумел подобраться незамеченным, но выбора не оставалось. С бешеным криком, смешавшимся с горячим воинственным гулом сражения, он ринулся на врагов еще быстрее и даже сумел заставить одного из них замешкаться своей бешеной яростью.
За свою жизнь Грэг Дэвери привык к весу оружия в руках. Ему случалось вступать в разные схватки, но, по большей части, это были схватки с иными существами. С монстрами. А монстры бьют без разбора и без жалости. Они играют на быстроту реакции, и секунда промедления в борьбе с ними может стоить жизни. Охотник, который не знает этого, не живет долго. Грэг Дэвери — знал. И жил уже достаточно долго, применяя свои знания на практике.
Его первый противник даже не сумел понять, как охотнику удалось так быстро обойти его сбоку и нанести рубящий удар. Когда он успел так развернуть меч?.. Кровоточащая рана на левом боку заставила налетчика выронить оружие и промедлить миг. Тот самый миг, который стал для него роковым. Грэг не медлил. Он развернулся и подался к противнику, проводя смертельный росчерк мечом по его горлу и тут же отскакивая, уходя от атаки второго. Тело действовало само, повинуясь старым привычкам. Он представлял себя в бою не с людьми, а со спарэгами.
