Обитель Солнца полностью

— Что ты с собой сделал? — скороговоркой выкрикнул он в попытке нанести удар. Бенедикт с легкостью отразил его атаку и перешел в наступление сам. Бэстифар отошел на несколько шагов, парируя удары. — Что ты такое?

Колер самодовольно усмехнулся. Казалось, эта схватка даже не думала его вымотать. И это при условии, что он без устали шел по пустыне Альбьир и миновал несколько малагорских городов, чтобы пробраться сюда. Воистину, выдержке этого человека могли позавидовать даже боги.

Проклятый фанатик, — злился Бэстифар. От ярости его движения становились более резкими и беспорядочными, и Колер мог вот-вот сыграть на этом.

— Я нашел способ обезоружить тебя, вот и все, — отозвался Бенедикт.

— Как?

Колер не спешил разъяснять хитросплетения своего плана, и Бэстифар прекрасно понимал, почему, хотя и надеялся, что тщеславие вынудит палача говорить.

Удар… уход… удар… парирование… шаг, другой, третий — и новая атака.

— Ты же не хаффруб! — выкрикнул Бэстифар.

Бенедикт увернулся от атаки, поднырнул ему под правый бок и протаранил его мощным ударом, но лишь заставил отступить на несколько шагов. Бэстифар пытался сопротивляться, но вдруг ему пришла в голову мысль, которую он поспешил осуществить и мгновенно прекратил всякое противодействие, заставив Колера потерять равновесие из-за собственного веса. Он вскрикнул от неожиданности и прокатился по полу, тут же успев сгруппироваться и вскочить на ноги. В глазах его читалась некоторая растерянность, когда он вскинул меч, чтобы отразить атаку Бэстифара. Он явно делал ставки на свое второе оружие, но испачканный кровью кинжал после падения лежал от него в нескольких шагах.

Бэстифар тяжело дышал, но продолжал держать в руках меч, готовясь к новой атаке. Растерянность Бенедикта удивила его.

Что его так шокировало? Что я поддался вместо того, чтобы сопротивляться? — мелькнуло в голове аркала.

— В чем дело, Колер? — хмыкнул он. — Выдохся?

Бенедикт не ответил. Воинственно зарычав, он бросился на Бэстифара. Было ясно: он не успокоится, пока в этой схватке один из них не умрет.

Кара кружила вокруг своего противника с искаженным ненавистью лицом.

Они посмели явиться в мой дом, посмели угрожать моим близким. Убью. Лично убью всех и каждого! — думала она. Ее не пугало, что противник физически сильнее ее, ведь в скорости он ей уступал, она даже успела нанести ему несколько ран стилетом Аэлин.

Бросившись на него в намерении вонзить стилет прямо ему в горло, Кара взвизгнула, когда противник сумел сбить ее с ног, каким-то образом подставив подножку.

Тренировки Аэлин давали о себе знать, и Кара сражу же попыталась вскочить, но ее пронзил внезапный ужас: стилет — ее единственное оружие — куда-то исчез! Она искала его всего мгновение, но это промедление сыграло с нею злую шутку. Ее светловолосый противник повалил ее, схватил за горло и начал сжимать хватку, словно тиски.

Кара попыталась лихорадочно схватить ртом воздух, но не смогла. Тело ее выгибалось, руки безуспешно пытались сбить руки противника.

— Убью суку! — прошипел обезумевший от неожиданно изнуряющей схватки мужчина.

Кара захрипела, чувствуя, что воздуха слишком мало, и она вот-вот потеряет сознание.

Урок третий: женщин всегда досматривают менее тщательно. Более… гм… развязно, и от этого всегда гадко, но внимание досмотрщиков часто смещается. И в этом — большая ошибка, — слова Аэлин всплыли на пороге забытья. Она помнила и что ответила на это: — Всегда иметь при себе спрятанное оружие, которым можно легко воспользоваться.

Как жаль, что она не припрятывала никакого кинжала на эту ночь!

Еще один хрип повлек за собой новое воспоминание, и Кара удивилась, что на пороге смерти вспоминает именно это, а не лучшие моменты своей жизни.

И которое будет максимально незаметно. Идеально, если это будет украшение, которое привлечет немного внимания своей ценностью.

А ведь ей уже приходилось применять этот навык на практике. Тогда, во время фальшивого нападения кхалагари.

Кара резко опустила руки и на последнем издыхании потянулась к гребню, схватывавшему ее волосы. Она дернула его так яростно, что, как и в прошлый раз, вырвала целую прядь, но теперь даже не ощутила боли. Что было сил, Кара вонзила гребень прямо в горло своему противнику, и хватка того тут же ослабла.

Хрипя и откашливаясь, Кара отползла прочь от попятившегося от нее мужчины.

— Ублюдок, — низким, почти не слушающимся голосом прорычала она, видя, что нанесла ему смертельную рану. Горло горело огнем, голова кружилась, но она была жива.