Однако неведомый ездок приближаться к ним пока что не спешил. Рыжий услышал, как топот копыт постепенно замедляется. А затем животина, которую люди именуют порой «волчья сыть», и вовсе прекратила движение. По мнению кота, ей оставалось до дерева, на котором он укрывался, всего саженей двадцать. И Рыжий бросил смотреть вниз: вперил взгляд в просвет между высоченными ёлками. Попытался рассмотреть:
Басурман застыл, как солдат в почётном карауле, посреди тропы, которая должна была привести их к охотничьему дому — если верить карте, оставленной Ильей Свистуновым. А ведь Иван поводьев не натягивал, и никаких препятствий впереди не вырисовывалось. Только саженях в двадцати виднелись возле тропы два больших бугристых пня. Но они проехать Басурману ничуть не помешали бы.
У Иванушки не было при себе ни плети, ни стека: не стал бы он с их помощью понукать своего ахалтекинца! Так что купеческий сын просто похлопал гнедого жеребца по шее:
— Ты что застыл, Басурман? Время дорого! Вперёд!
Но аргамак не стронулся с места. Только нервно передернул ушами.
— Может, волкулаки тут поблизости бродят? — подала голос Зина, нервно вертевшаяся позади Иванушки. — И Басурман их учуял?
Купеческий сын быстро огляделся по сторонам. Воздух в начале осени был изумительно прозрачным, и почти лишённый подлеска ельник отлично просматривался далеко вперёд. Созданий в волчьих шкурах Иван нигде не видел. Хотя само это место показалось ему знакомым. Он подумал: не здесь ли он прятался на дереве, где его обнаружила
И тут лес огласился вдруг воплем, какой Иванушка слышал прежде множество раз: кошачьим «ва-о-у-у-у-в-в!» Купеческий сын знал только одного кота, способного издавать свой боевой клич столь угрожающе — и на такой низкой, вибрирующей ноте в конце. А Зина уже выбросила руку из-за спины Ивана — указала вперёд: на старую высоченную ель, возле которой и коричневели два пня.
— Ванечка, смотри! — воскликнула девушка потрясённо и радостно. — Там Рыжий!..
Купеческий сын и сам уже заметил огненный, с белыми вкраплениями, кошачий абрис на дереве. Однако на своего котофея он глянул всего лишь мимолетно. Взгляд его притянуло то, что он, обсмотревшись, принял за два корявых еловых пенька. От оглушительного мява, который издал Эрик Рыжий, мнимые пни внезапно дернулись и — одновременно запрокинули острые морды.
«Вот почему остановился Басурман!..» — промелькнуло у Иванушки в голове. И он тут же стал разворачивать аргамака.
Рыжий понял, что орал не зря: при звуках его вопля коричневые звери выдали себя. И его, Эрика, люди — Иван и Зина — заметили жутких охотников. Коту было видно, как Иван потянул поводья и направил Басурмана вбок от полузаросшей тропы. Пустил жеребца галопом в сторону, противоположную той, где находилась ель с двумя волкулаками под ней. Под копытами Басурмана не было теперь никакой дороги, только мох и привядшая трава. Однако это не помешало гнедому припустить во весь опор; он словно бы и не ощущал двойной ноши у себя на спине.
А в следующий миг сорвались с места и обе коричневые твари: устремились за добычей, ускользавшей от них. Эрику показалось: на бегу эти создания отрываются от земли, почти что летят над ней. Кот понятия не имел, сумеет ли конь Ивана Алтынова мчать быстрее, чем они. И разглядеть,
От досады Рыжий ещё пару раз громко мяукнул, а затем начал медленно, осторожно спускаться, перебираясь с одной еловой лапы на другую. То и дело он замирал: пытался уловить звуки, доносившиеся из отдаления. И — да: он слышал глухой топот конских копыт, ударявших по моховой подстилке. Но не мог понять, с какой именно стороны он доносится. Коту представлялось: Басурман ускакал не в ту сторону, откуда сейчас доносился перестук его галопа. И в недоумении Эрик то и дело крутил башкой: надеялся, что хоть глаза помогут ему разрешить загадку, с которой не справлялись уши. Однако и от этого проку не было: ни гнедого жеребца, уносившего Ивана и Зину, ни коричневых тварей, что преследовали их, котофей не видел.
Эрик бросил взгляд в ту сторону, где находился дом, куда его направил купец-колдун. Но — опять ничего разглядеть не сумел. Заметил только: вдали, за деревьями, мелькает что-то, напоминающее солнечный зайчик. В детстве Иванушка Алтынов любил так забавляться с зеркальцем, ловя им солнечный луч. Только неясно было: кто развлекается сейчас подобным образом в лесном домике?
Между тем топот копыт становился громче: Басурман и его наездники явно приближались. Но, опять же — не с той стороны, куда они уехали, а с противоположной. Эрик навострил уши, изо всех сил вслушиваясь: не выдадут ли своего приближения и коричневые твари? Но они, похоже, вели преследование молча.
