Оборотни Духова леса полностью

Иван Алтынов не удержался — снова посмотрел на часы, пока Зина и Татьяна Дмитриевна, усевшись рядышком за кухонный стол, перелистывали страницы обнаруженной Эриком тетради. Было уже начало второго, и купеческий сын ощутил: по спине у него потекла струйка ледяного пота. Надо было отправляться на Духовской погост, немедленно! Но как, спрашивается, они с Зиной могли попасть туда, когда с двух сторон от охотничьего дома их поджидали кудлатые караульщики?

— Есть в этом дневнике что-нибудь интересное? — спросил Иванушка, изо всех сил стараясь, чтобы голос его звучал спокойно. — Мария Добротина не дает советов, как можно избавиться от назойливого внимания волкулаков? — При последних словах купеческий сын даже попробовал изобразить смешок.

Ответила ему Зина:

— Тут всё написано так, что сразу и не разберешь. И чернила выцвели, и почерк у Маши… у Марьи Викентьевны был очень уж затейливый. Сплошные завитушки да росчерки.

Иван чуть не застонал от разочарования. И перевёл взгляд на Рыжего, как если бы котофей мог дать ему пояснения насчёт свой находки. Однако Эрик вёл себя теперь совершенно невозмутимо. Всё его давешнее беспокойство с него сошло, и он, притулившись возле боковины кухонного буфета, самозабвенно вылизывался. В сторону хозяина он и головы не поворачивал. Явно считал: он, купеческий кот, свою задачу выполнил, а дальше уж его люди пусть сами расставляют всё по местам.

— Кое-что понять всё-таки можно, — проговорила между тем Татьяна Дмитриевна. — Мария Добротина явно пыталась восстановить ход событий, которые происходили в Казанском. Вот что она пишет. — Маменька Ивана положила тетрадь без обложки себе на колени и принялась читать из неё вслух:

Примерно в 1690 году от Рождества Христова к нам, в село Казанское, приехал на богомолье богатый купец по имени Варфоломей Гордеев. И с ним прибыли две его дочери: сестры-близнецы Настасья и Елена. Однако повод их приезда — поклониться чудотворной иконе Казанской Божией Матери — не являлся правдою. Как мне стало доподлинно известно, была иная причина, по которой семейство сие решило посетить вотчину князя Михайлы Гагарина. Несколькими годами ранее одна из двух купеческих дочерей — Настасья — вступила с ним в любовную связь и прижила от него дочь. Её она отдала князю, рассчитывая, что тот не оставит без попечения собственное дитя, пусть и незаконнорожденное. Михайло же Дмитриевич передал девочку на воспитание каким-то крестьянам, проживавшим неподалёку от Москвы, и совершенно о дочери своей позабыл. Настасья же, надо думать, приехала, чтобы узнать о судьбе девочки. Может быть, по наущению своего собственного отца. А, может, Варфоломей Гордеев пребывал в наведении о её истинных намерениях.

Но, так или иначе, а вышло всё совсем не так, как рассчитывала Настасья. Князя в то время в Казанском не оказалось вовсе. А сестра её, Елена, нежданно-негаданно влюбилась в сельского красавца: псаломщика по прозванию Ангел.

— Дальше можете не читать, маменька, — перебил Татьяну Дмитриевну Иван. — Нам с Зиной уже известно, что было после. Мы только не знали, что ту ведьму звали Еленой. Да и вам господин Барышников рассказал: она узнала секрет, как можно сохранить вечную молодость. А некий лозоходец-колдун указал ей, где можно выкопать колодец с особой водой: потребной для чернокнижных обрядов. Впрочем, я допускаю, что изначально вода эта не служила для того, чтобы обращать людей в волкулаков. Ангел-псаломщик, которому Елена раскрыла тайну колодца, должен был всего лишь ловить в лесу волков и топить их в воде, извлеченной оттуда.