– Но дело-то много серьезнее подлога, – заговорила я, будто шарлатан-медиум, вещающий от имени некоего потустороннего духа. – Ставлю что хочешь: взрыв накануне вечером – дело рук Холлмэна, но устроил он это не по собственному почину. Кто-то его нанял. Либо Гленли, либо миссис Кеффорд.
Не Морнетт, нет. Да и не Гленли, если подумать.
– Дядюшка клялся, будто не виноват, – съежившись, опустив голову, сказала Кора. – Очень злился, узнав, что я едва не пострадала, а когда я напомнила, что все это из-за него, ответил: нет, и я… я ему верю. Но это неважно, – с неожиданной яростью добавила она. – Все равно он с виновными был
Да, судя по всему, что я знаю о Гленли, на правду вполне похоже. Беспорядков у летного поля он явно не ждал, и взрыва в музейных запасниках не ожидал тоже. Он – просто из тех идиотов, что полагают, будто, якшаясь с драконами шакалами, сумеют в крови не измазаться.
– Значит, это, по всей вероятности, миссис Кеффорд, – сказала я. – Цинизма ей вполне хватит. Но… выходит, супруга спикера от оппозиции наняла известного террориста для взрыва всемирно известного общественного учреждения!
– Если только нам удастся это доказать, – заметил Кудшайн, но тут же встревоженно затрепетал крыльями. – Перевод! – ахнул он. – Рукопись уже в типографии! Публикацию нужно предотвратить!
Наверное, в сравнении с взрывом это может показаться мелочью, но ведь, в конечном-то счете, разве не эпос побудил их пойти на подобные хлопоты? Подделать концовку, нанять переводчика, все держать в строгом секрете, дабы свести к минимуму риск, что кто-либо обнаружит подлог (теперь-то я уверена: именно по этой причине Гленли и требовал от нас молчания), а после уничтожить оригинал – опять-таки, с тем, чтобы посторонним оказалось трудней заметить какие-либо неувязки. Однако таблички уничтожены не окончательно (по словам Коры, Алан сказал, что их уберегло перевернутое блюдо для жертвоприношений!), а покушение в конечном счете помогло нам обнаружить то самое, что от нас всеми силами старались скрыть. Оставь они таблички в покое – и мы никогда не узнали бы правды.
Вот только не вижу, как нам помешать публикации… разве что тайно проникнуть в типографию и выкрасть оттуда рукопись: ведь договор у издателей заключен не с нами, а с Гленли. Однако, размышляя над этим, я осознала кое-что еще.
– Таблички, – сказала я, собирая их со стола, точно воровка, пытающаяся спрятать улики (тем более, в определенном смысле, так оно и было). – Узнав, что таблички найдены на пожарище и спасены, они примутся их искать.
Превосходный образчик туманных умозаключений, однако Кудшайн понял меня с полуслова, и Кора, пусть не сразу, но тоже обо всем догадалась.
– Мистер Престон сказал: доктор Кейвелл отослал их сюда, так как знал, что ты пытаешься доказать незаконность их происхождения, но он – то есть, доктор Кейвелл – скажет дядюшке… – тут она запнулась на полуслове, и лицо ее исказилось в гримасе такой ярости, какой я никогда прежде за нею не замечала, – скажет
Благослови Господь Симеона с Аланом! И Кору, Господи, тоже благослови: когда мы должным образом упаковали все фрагменты (
– Я их куда-нибудь отвезу. Он уже знает о моем бегстве, но разыскивать меня не станет. Не так уж я ему нужна.
Только тут я, наконец-то, сообразила, что Кора – у нас, в нашем фамильном особняке, и, судя по всему, провела здесь весь день.
– У них вышла… э-э… размолвка? – пояснил Кудшайн, запнувшись в поисках подходящего ширландского выражения.
– Мы друг на друга накричали, – снова заметно напрягшись, сказала Кора. – Вернее, кричала все больше я, а он пытался объясниться, но, когда его объяснения мне не понравились, тоже заорал на меня, и я ушла. Домой не поехала. Бродила по Фальчестеру, пока не вспомнила, что знаю, где живут твои родные, так как читала все твои письма к ним. А, вспомнив, пришла сюда, и Кудшайн велел домоправительнице меня впустить.
(Узнаю, узнаю миссис Фарвин! Вот в этом она вся. Принимая в гостях драконианина, не моргнула глазом, хотя дракониан даже на ширландской земле – не то, что под ее кровом – прежде никогда не бывало, но появись на пороге незнакомая девушка, и миссис Фарвин вмиг превратится в сторожевого дракона.)
