– … Выслушай меня внимательно, прошу. Боюсь, тебе надо будет начать мириться с той мыслью, что в особняке появляться сейчас опасно. Керран запретил приходить туда… и мне, и тебе. Ради нашей же безопасности. Лука сказал, что Керран выставит наблюдающих, и если ты вздумаешь там появиться, то дальше ворот тебя не пустят. Не знаю, но вся эта эпопея с трупами и запрет Керрана неслучайны. Раз он требует, значит, его требования обоснованы. Будь добра прислушаться к ним, так как у него и без тебя теперь много проблем.
Баррон был подавлен, и это явно читалось на его лице. Что касается меня, то он знал, как я восприму этот приказ. Мой вид вызвал на его лице еще больше боли, и он теперь смотрел на меня каким-то испуганным загнанным взглядом. Меня же охватил ступор. Единственное, что я чувствовала, – это протест, который всколыхнул резко все естество.
Он ждал моего ответа, но я молчала, потому что совсем не хотелось высказывать ему свои сокровенные мысли.
– Что ты думаешь об этом? Что будешь делать?
– Я… я не знаю, – последовал мой заторможенный ответ, – посмотрим. Время покажет…
– Настоятельно рекомендую тебе быть настороже и, кроме того, отнесись все-таки серьезно к тому, что я тебе тут рассказал.
Он смотрел на меня, хлопая глазами, не понимая совсем, что на меня вдруг нашло.
– Это все, что вы хотели мне сказать? Или есть какие-нибудь поручения? – постаралась как можно вежливей осведомиться я, но не очень-то получилось, потому что потрясение от новостей поглотило меня целиком.
– Да, это все, – совсем растерялся Баррон.
– Хорошо, – сказала я, вставая с кресла на ватных ногах, – тогда я пойду. До свидания.
Он не стал останавливать меня, проводив изумленным взглядом, только крикнул вдогонку:
– Ты в курсе-то меня держи… мало ли. И носи с собой какое-нибудь оружие.
Всю дорогу до дома слова директора вертелись в голове, а в груди появилась жгучая боль. Я не могла думать ни о чем другом, в то время как выхода пока не находилось, единственное, я точно знала, что не стану слушать Баррона, этот факт можно даже и не обговаривать. До дома мне было добираться не особо далеко, но и не близко. Однако из-за моего состояния я пару раз на автобусе уезжала не в ту сторону, поэтому путь мой значительно удлинился. На своей улице я оказалась, уже когда на город начали опускаться первые сумерки.
Погруженная в свои мысли я не видела ничего вокруг, устремив подавленный взор куда-то вглубь себя.
– Приветствую вас, юная леди, – послышался знакомый голос, не вызывающий у меня никаких приятных эмоций. Вздрогнув, я повернула голову к говорившему.
Так и есть, на меня смотрел граф Аластар собственной персоной. Он приветливо улыбался, в то время как меня все равно передернуло от его вида. Присутствовало в нем что-то отталкивающее и неприятное, но я никак не могла понять что. В любом случае его компании я не обрадовалась, скорее стараясь скрыть свое удивление. Угораздило же встретиться с ним именно сейчас.
– Добрый вечер, – выдавила из себя я и замолчала.
– Вот мне и представилась возможность увидеть вас вновь в более благоприятной обстановке. Хотелось бы поближе познакомиться с вами, если вы не против, и исправить необоснованное неприятное впечатление из-за оплошности Керрана. Разрешите мне пройтись с вами?
Ограничившись кивком головы, я старалась не смотреть на него, не имея сил выдерживать тяжелого страшного взгляда, который он старался сделать приветливым. Так, если я старалась не смотреть на него, то он, наоборот, все время норовил заглянуть в мое лицо.
– Как изменился этот мир, – начал он. – Я не устаю поражаться ему. Как же все-таки прекрасна и разнообразна жизнь… Со смертью не сравнить, знаете ли. Сколько нового появилось, столько всего интересного, очень непривычно для меня. Но ничего, почти привык, хотя я и редко бываю на улице. Тем не менее мне очень приятно прогуливаться и общаться сейчас с вами. Понимаю Керрана, почему он поддерживает связь с людьми. Наша изолированность не принесет нам ничего хорошего, а тут я чувствую, что живу, как бы это нелепо не звучало.
– Так познакомьтесь с кем-нибудь еще, – бросила я достаточно небрежно, очень желая довершить свою фразу так: “Заодно оставите меня в покое”, но вместо этого продолжила, – уверена, вы найдете себе много друзей.
Я имела в виду нечастых прохожих, которые поглядывали на графа с любопытством. Если б я не знала его, то меня тоже изумил бы его вид. Он напоминал мне светского льва, гордого и величественного. В дополнение к царственной внешности он носил строгий костюм по моде прошлых веков, но удивительно подходящий ему, и держал он себя так уверенно, как если бы так и должно было быть, не обращая никакого внимания на частые взгляды людей вокруг. Он пользовался красивой тростью, переставляя ее изящными и плавными завораживающими меня движениями. Искоса я поглядывала на нее, иногда проваливаясь в пустоту. Голос графа вывел меня из очередного оцепенения:
