На секунду она открывает рот, словно собирается выплюнуть в меня очередную порцию яда, а потом начинает театрально покашливать, помогая мне чувствовать себя меньшим лицемером.
– Ну да, я немного приболела, поэтому есть шанс, что я могу тебя заразить, спасибо за заботу, уверена, что ты навещаешь всех своих сотрудников. – Она тянется, чтобы выхватить пакеты.
– У меня крепкий иммунитет. – Отодвигаю подношение, проталкиваясь мимо нее в квартиру. – Тебе, наверно… лучше прилечь, пока я разогрею куриный суп. – Это звучит странно даже для моих собственных ушей. Оборачиваюсь, когда понимаю, что она все еще стоит возле распахнутой двери, рядом с ней небольшой чемодан и рюкзак. – Собираешься в путешествие?
Она сдвигает свое крошечное тело в сторону, безрезультатно пытаясь спрятать улику. На ее лице смесь паники и злости, ну, ко второму я уже почти привык, а вот первое очаровательно подходит под ее домашний наряд.
– Да, я собиралась навестить родственников, как только немного поправлюсь, – выдает лгунья, глядя прямо мне в лицо и захлопывая дверь без какого-либо изящества.
В ее квартире открытая планировка и слишком скудный набор мебели, поэтому моя ухмылка хорошо видна, пока я раскладываю принесенную еду на прилавок и роюсь в ящиках стола в поисках ложки для супа.
– Думал, ты сирота.
– Очень дальних родственников, – почти сдавшись, говорит она, усаживаясь напротив меня и просто наблюдая. Тоска в ее голосе что-то делает с моим сердцем.
– Тогда тебе нужно поесть и принять лекарство, чтобы ты как можно скорее выздоровела. Мы ведь не можем заставлять их ждать.
Чего я не добавляю, так это того, что частный джет «Стикса» вылетит в Атланту сегодня же вечером.
– Серьезно, Линк, это все мило и… странно, но мне не нужна нянька, – стонет Наоми, когда я ставлю перед ней порцию супа.
Мне нравится, что она не замечает, как назвала меня сокращенной версией имени. Сам факт, что Наоми оставила то дерьмовое прозвище, пробуждает новую улыбку на моих губах. Ее большие серо-зеленые глаза блуждают по моему лицу, а потом опускаются к ароматному супу, и она еле заметно сглатывает. Бегло окидываю столешницу и окружающую обстановку, замечая еще две открытые пачки печенья; готов поспорить, она больше ничего не съела. В ее деле не так много сказано о расстройстве пищевого поведения, но из того, что я заметил, ясно, что у Наоми нездоровые отношения с некоторой едой. Особенно когда в компании на тарелке остается последний кусочек, она молниеносно запихивает его в рот, а потом вылетает из комнаты наверняка для того, чтобы вызвать рвоту. Может быть, это ее версия наказания за то, что она позволила себе взять что-то, по ее мнению, ей не принадлежащее. На самом деле эта тема настолько обширна, что я не берусь делать скорые выводы, предпочитая наблюдать и действовать по ситуации.
Поэтому, когда она берет ложку и неохотно окунает ее в бульон, я просто жду. Первая порция супа отправляется в рот, и она прикрывает глаза, наслаждаясь вкусом. Я позаботился о том, чтобы температура блюда была идеальной, а еще попросил парня в ресторане добавить особый букет приправ и немного овощей. Похоже, ей нравится, потому что половина контейнера исчезает в считаные минуты, и мое сердце согревается, как если бы его напитали тем же домашним бульоном.
– Будешь просто стоять и смотреть, как маньяк? – Конечно, ее едкий рот не мог оставаться закрытым, даже будучи набитым едой.
С улыбкой на лице беру другую ложку и погружаю ее прямо в ее контейнер, зачерпывая порцию для себя. На самом деле я взял достаточно супа для нас двоих, и в пакете припасен второй контейнер, но мне нравится наблюдать, как ее глаза расширяются, меняя цвет с зеленоватого на голубой, пока я несу ложку ко рту. Зрачки Наоми становятся почти черными в момент, когда я обхватываю губами ложку, проглатывая бульон.
– Очень вкусно, ты права, придется поделиться, – наклоняюсь над столом и повторяю это действие, не отводя глаз от ее озадаченного лица. – Давай, – призываю, кивая на остатки супа.
Так мы и едим в тишине, пока все содержимое контейнера не заканчивается, а когда я выкидываю пустую упаковку и убираю второй контейнер в холодильник, она остается сидеть, прикованная к стулу. Отлично! Я не специалист в борьбе с пищевыми расстройствами, но воспринимаю это как маленькую победу, но мои глаза все равно не пропускают полупустые полки, на которых почти нет продуктов, лишь снеки и несколько видов газировки, одиноко прижавшихся к дальней стенке.
– А теперь пора принять лекарство. – Хлопаю в ладоши, потирая руки перед собой. Паника возвращается на лицо Наоми.
– Мне уже легче, твой суп и впрямь волшебный, – говорит она, поднимаясь со своего места. – Спасибо, что заглянул и составил мне компанию.
Я оказываюсь перед ней быстрее, чем она успевает выпроводить меня за порог, маленькая лгунья не знает, что от меня не так-то просто избавиться.
– Ты уверена? – кладу тыльную сторону ладони ей на лоб, проверяя несуществующую температуру.
