Анна потрясла головой, пытаясь отогнать прочь мысли о нем. Мне не нужен никто. Ни он, никто другой. Я просто хочу быть одна. Принадлежать себе одной. Зависеть только от себя. И любить только себя. Если смогу.
Подойдя к своему подъезду, Анна Сергеевна по привычке подняла голову, всматриваясь в свои окна. Хотя, что там смотреть, дома-то все равно никого нет – Любаша гостила у брата уже вторую неделю. Анна вздрогнула от неожиданности – на кухне горел свет. Сердце неприятно заныло – что бы это могло быть? Сама она ушла на работу еще утром и свет просто не включала – в июле утром какой может быть свет? Дети должны вернуться только в пятницу. Может быть Игорь? Хотя и он еще ни разу не являлся без надобности, а тем более без звонка. И ключи он вроде оставил им с дочерью.
Поднявшись на свой этаж, Анна притаилась возле двери, прислушиваясь. Но что можно услышать за хорошей железной дверью? Потоптавшись еще немного, Анна нажала на звонок. Дверь распахнулась почти сразу. На пороге стоял сын.
– Артем?! Что случилось?! – Отшатнулась Анна Сергеевна.
– Привет, мам. – Он внимательно посмотрел на нее. – Неплохое начало.
– Что? – Не сразу поняла мать.
– Являешься домой в одиннадцатом часу, – сын потянул носом воздух, – парфюм весьма красноречив, а?
– А-а… День рождения у коллеги.
– Ну, ясно.
Из комнаты выглянула дочь.
– Мамулик, привет! Как ты тут без меня?
– Вы почему не позвонили?! – Накинулась на детей Анна Сергеевна.
– Мы вообще-то звонили, но ты сама почему-то недоступна.
Анна полезла в сумку за телефоном. Блин, вот ведь тетеря! Телефон разряжен вдребезги. Наверняка, прежде, чем отключиться, он подавал сигналы бедствия, но она веселилась на «днюхе» и не слышала его призывов.
– Мам, мы вообще-то по делу приехали.
– По какому еще делу? – Анна напряглась.
– Мам, не волнуйся, по-хорошему. – Артем прошелся по комнате. – У нас тут нарисовалась путевка в Турцию. Группа должна быть из десяти человек. Мы нашли восьмерых. Мам, поехали и ты с нами.
– Я?!
– Ты. А почему нет? Поедут все свои – я, Маша, Люба, Машины родители, двое наших друзей, друг Машиного отца и ты. Десятого тоже найдем.
– В Турцию! – всплеснула руками Анна. – С ума-то не сходите! Я – и в Турцию!
– А что? Ты что, не человек, что ли? Мы так и знали с Любкой, что сейчас начнешь!
– Мам, ты что! Можно подумать, ты там была! И вообще, скажи, где ты последний раз отдыхала? У бабушки на грядках?
– А что такого? Меня вполне устраивает. И потом – это же так дорого! Лето, самый сезон, представляю, сколько это стоит!
– Не дороже денег. К тому же мы и берем эту путевку потому, что она коллективная и получается дешевле.
Анна с подозрением глянула на сына.
– Артем, я не вчера родилась, знаю, что оптом дешевле, но, чтобы летом были такие уж большие скидки, не слышала. Ищите десятого, найдете и девятого.
– Мам, это не так просто – мы едем на две недели, представь, надо же чтобы люди не были совсем уж разнокалиберные. А так все друг друга знают, общаться гораздо легче.
– Как же все? Я вот, например, и слыхом не слыхивала о каком-то там друге Машиного папы.
– Мы его знаем, нормальный мужик.
– А почему один хочет ехать? Где же у него семья?
– А он не женат.
– Сколько же ему лет?
– Лет сорок, не знаю точно. Но он молодой и вполне нормальный мужик, мы общаемся. А на счет денег ты не волнуйся – мы с Машкой и ее родителями делаем тебе подарок. Должна же ты, в конце концов, встряхнуться!
– Если я и соглашусь ехать, то только за свой счет. – Решительно заявила Анна.
– Ладно-ладно! – обрадовано закивали дети.
– И потом, когда же я поеду? У нас в больнице на следующей неделе предстоит грандиозная проверка.
– А мы поедем через три недели – надо же еще документы оформить. Так что и проверка ваша к тому времени наверняка закончится. – Артем был настроен решительно. – А ты еще и от этой нервотрепки отдохнешь.
– И еще приезжал мой бывший начальник и звал меня в Москву. – Сообщила Анна детям.
– Зачем?
– Жить и работать.
– А ты?
– Я пока ничего не сказала, но он велел думать до следующей недели. У него в клинике там место, как он говорит, «образовалось».
– Это, конечно, серьезно. – Артем с Любой призадумались. – И что ты ему ответишь?
– Пока не знаю. С одной стороны хочется быть поближе к вам, но в Москву совсем не хочу. Да и бабушка с дедушкой будут далеко – не наездишься. Так что пока не знаю, думаю. Но, скорее всего, не поеду.
– Ну-у, мам, – заныла Любаша. – Ну почему ты не хочешь? Это же Москва, это же перспективы! Ты же классный врач, будешь хорошие деньги зарабатывать.
– Погоди, Люб, давай об этом позже поговорим, – остановил ее брат. – Сначала нам надо мамку на Турцию уболтать. Москва никуда не денется.
Дети еще долго уговаривали Анну, и, в конце концов, она согласилась. На следующий день ей пришлось идти к главврачу с просьбой перенести ее отпуск на неделю вперед. По графику она должна была пойти ближе к концу августа с тем расчетом, чтобы вплотную заняться устройством дочери на новом месте.
Рябов, как и следовало ожидать, не обрадовался ее просьбе.
