Мы с Нат стояли на кухне друг напротив друга уже вдрызг пьяные, хотя и не хотели этого признавать. Оказалось, что пока пьяненькая Коко вещала нам свою трагическую историю, мы нализались её вином, растворив в своём организме целых четыре бутылки на троих. Коко захмелела больше Нат, а Нат больше меня, так что мне пришлось их догонять, что, собственно, получилось у меня первосх… Перво… Пре-вос-ход-но!..
– Ну и что ты предлагаешь делать? – опершись одной рукой о кухонный гарнитур, а второй рукой в собственный бок, чтобы не шататься, поинтересовалась я у рыжеволосой.
– А что ты предлагаешь? – вздёрнула брови Нат.
– Это ведь её дом…
– Хочешь сказать, что ты не против того, чтобы мы все собрались и начали жить в этой халупе втроём? – с подозрением посмотрел на меня учитель французского.
– Если честно, мне это тоже не нравится. По сути мы будем платить столько же, а в придачу нам ещё и старушку-хозяйку терпеть придётся…
– Думаешь, она начнёт здесь хозяйничать? В смысле, указывать нам на разбросанные вещи или, ещё чего хуже, разбрасывать свои?
– Пффф… В общем, я против, – наконец выдавила из себя правду я. – Но… Ей ведь некуда идти… То же, что я не в восторге от перспективы того, что она может жить с нами, не отменяет того факта, что у неё не осталось крыши над головой.
– Весомо, – сдвинула брови Нат. – Да и если мы ей откажем, крыши над головой в итоге может не остаться уже у нас.
– Весомо, – поджала губы я, пошатнувшись на месте.
– Но нам ведь нужно и какую-то пользу поиметь с того, что нам придётся терпеть её общество?
– Нужно.
– Давай скажем ей, что хотим десять процентов скидки за арендную плату, по пять процентов для каждой из нас, – предложила Нат, после чего обернулась через плечо, и мы вместе уставились на Коко, отключившуюся на моём вдавленном кресле, которое, по сути, принадлежало ей.
– Давай, – удовлетворённо кивнула головой я, после чего мы, покачиваясь, вернулись обратно в гостиную.
– Разбуди её, – взмахнула рукой я, обратившись к подруге.
– Нет, давай лучше ты. Вдруг она напилась до неадекватности?
Бред…
Мне пришлось сделать шаг вперёд, после чего, нагнувшись, я слегка потрясла Коко за плечо.
– А?.. Что?.. – женщина уставилась на меня захмелевшим взглядом. – Ну как?.. Вы решили?.. Мне можно пожить с вами?..
– Двадцать процентов скидки за арендную плату мне и двадцать процентов скидки для Нат, и мы живём душа в душу, – уверенно отчеканила слегка заплетающимся языком я. Стоящая за моей спиной Нат так и икнула.
Либо вино и вправду оказалось качественным, либо моя кровь слишком сильно привыкла к данному виду расслабителя, из-за чего даже реагировать на него ленилась. Моё утреннее похмелье оказалось слишком слабым, чтобы из-за него ставить под сомнение свою утреннюю тренировку: двадцать пять отжиманий, пятьдесят приседаний, семьдесят подходов для пресса, сто прыжков через скакалку. И всё же на упражнения с гантелями меня не хватило.
Приняв прохладный душ, выпив литр воды и накормив себя горячими бутербродами с маслом, сыром и ветчиной, я попыталась вспомнить, в котором часу вчера ушла Коко и на чём мы, собственно, остановились, но отвлеклась на прогноз погоды и больше об этом не вспоминала.
Здравомыслящий человек едва ли отдал бы Хизер Додсон главную роль в спектакле, пусть даже второсортном школьном, но мне ли было осуждать решение директора школы продаться? В моём текущем положении я бы тоже взяла деньги, взамен без раздумий выдвинув какую-то писклявую курицу в центр сцены. Совместила бы приятное с полезным – и мне было бы хорошо, и людям весело. Правда, ежедневно наблюдая за тем, как блондинка путается в запятых, ударениях и собственных мыслях, мне далеко было до смеха. Ещё и Кристофер решил воспользоваться тем, что Ирма сегодня забыла позвать его на репетицию, выкрикнув только моё имя.
В итоге довольный Кристофер остался в машине, отчего на сегодняшней репетиции мне было хуже обычного – прежде Крис хотя бы отвлекал меня от происходящего вокруг.
Было ясно как день, что Ирма ходит на свои немые “прогоны” не столько из чувства долга перед ролью, как из чувств к худощавому однокласснику, играющего роль Кассио. Я же здесь присутствовала в качестве массовки – подавляющее большинство одноклассников Ирмы тащило на репетиции личных водителей своих родителей, чтобы продемонстрировать ровесникам наличие служащего персонала в своём распоряжении и, тем самым, подчеркнуть свой статус. Больше всех выделялась парочка из чернокожего амбала-охранника и мелкой мулатки, которая обращалась с парнем так, словно тот состоял у неё в рабстве. Могу себе представить, как сильно этому бедняге необходимы деньги, раз он до сих пор не вкатал эту истеричку в штукатурку. На это даже смотреть было больно.
