- Я жду твоего ответа, - неожиданно сказал маг, остановившись в каком-то шаге от хрипящей, извивающейся на стене ученицы, которая по его вине оказалась на грани безумия. - Итак? Я услышу какие-нибудь объяснения?
Айра неимоверным усилием сумела открыть глаза, но сквозь кровавую завесу не смогла различить почти ничего, кроме бледного, окутанного странной дымкой лица, поджатых губ и напряженного, сосредоточенного, полного необъяснимого ожидания взгляда. Тех самых синих глаз, которые вдруг наполнились странной подозрительностью и готовностью ко всему.
Она видела его снова с двух сторон, отчего ненавистное лицо беспрестанно плыло и дрожало. Видела сама и то, каким видел его вжавшийся в стойку метаморф - напряженно замершим, подобравшимся, как зверь на охоте, пылающим внутренней силой и полным все того же странного ожидания.
Он действительно был готов ко всему. К тому, что Кер не сдержится и, перекинувшись, все-таки набросится. К тому, что не сдержится Айра. К тому, что они вдруг каким-то чудом освободятся и попытаются напасть уже вдвоем. Он ждал этого. Ждал и неумолимо наращивал напряжение, заставляя ее кривиться, дрожать все сильнее, извиваться от боли в железных тисках и... кричать. Да. Он ждал, что она все-таки закричит, и изучающе смотрел в ее затуманенные глаза, горя нетерпением услышать звуки своей сокрушительной победы.
"Нет, - неслышно шепнула Айра дрожащему метаморфу. - Не сейчас".
А потом неожиданно вздрогнула и уронила голову на грудь, стремительно погружаясь в бескрайнее лиловое море, в котором не было бурь, не шумели тревоги, в котором не было страха и зла. Не звучал в ушах ненавистный голос. Не горели предвкушением пронзительные синие глаза. И где больше не было той безумной, выматывающей, неимоверной боли, от которой она едва не сошла с ума.
Небо. Солнце. Ласковые теплые лучи красиво подсвечивают перистые облака. Легкий ветерок, ерошащий далекие травы. Бескрайняя лазурь, заставляющая невольно задерживать дыхание от восхищения. Насыщенная зелень раскинувшихся внизу лесов и яркое лиловое пятно, отделенное от них искрящимися на солнце, бурлящими, невыразимо прекрасными водопадами.
Она летит высоко, под самыми небесами. Парит быстрокрылой птицей, постепенно поднимаясь все выше. Она хорошо видит раскинувшиеся далеко внизу земли. Видит далекие Охранные леса, вставшие стеной вокруг неприступного и недосягаемого для остального мира Занда. Видит, как шевелятся на ветру зеленые верхушки деревьев. Как так же мерно движутся лиловые ветки чуткого к магии игольника. Как лениво шелестит крона огромного Древа в самом центре заповедного леса и как бьется внутри него нечто живое. Волшебное. Чуткое и внимательное. Спрятанное в огромном дупле от жадных взглядов и чужих рук. Что-то божественное, дающее жизнь всему остальному миру. Бьется... бьется живое Сердце, под ритм которого живет и чувствует весь Зандокар.
А еще она ощущает внутри себя его ровный стук и твердо знает, что тоже является его неотъемлемой частью.
Затем ей становятся видны и усыпанные белым покрывалом Снежные горы. Снова ярко блестят на солнце покрывающие их непролазные сугробы. Снова скалы. Ущелья. Похороненные под толстым слоем льдов камни. А затем она отыскивает взглядом затерянную в снегах высокую башню, от которой исходит неприятное сияние.
Со смешанным чувством отстраненности и, одновременно, беспокойства она следит за тем, как скатывается по крутым склонам магический туман, но лишь теперь понимает, что это происходит везде. Не только там, где когда-то был ее дом.
Туман лавиной скатывается вдоль восточной части гор, плавно стекая в соседний Аргаир. Он точно так же падает на южные склоны, сползая оттуда вплоть до самого побережья Нахиб. Он ползет и на север, стремясь добраться до холодного Иандара. И даже на запад, откуда дует жаркими сухими ветрами Карашэха, а вместе с ним доносятся ароматы прекрасной и вечной весны царицы Четырех Королевств - Лигерии.
Она видит, как туман медленно расходится волнами от загадочной башни. Видит, как ловко он проникает своими щупальцами вглубь каждой из стран. Смутно ощущает, что он настойчиво что-то ищет, но при этом понимает, что туман еще и боится. Что он прокладывает себе дорогу по окраинам, по глубинке, там, где его не заметит острый взгляд магов Ковена. Там, где мало людей. Где редко появляются королевские посланники. И куда еще реже заглядывают бродячие маги, которые могли бы некстати насторожиться.
Она также видит, как туман по-воровски оглядывается, прежде чем коснуться какой-либо деревни. Как временами он неуверенно мнется, свивается кольцами, будто поджидая, когда в него войдут закутанные в темные плащи люди. Он не смеет двинуться без их соизволения. И даже вдалеке от башни... там, где он только выползает из внезапно раскрывшихся порталов, подолгу кружит на одном месте, словно потерявшая след собака.
Она смутно чувствует, что туман и башня как-то связаны между собой. Что появляющийся на ее вершине маг зовет его, приказывает, властно отправляет на охоту... за кем? За чем?
