Неслучайная. Надеяться на это было бы глупо, но Хольм и не надеялся, ему хватило одного взгляда на пятерых Котов, стоявших так, что выход из зала оказался перекрыт. Все молодые, холеные, богато одетые и с оружием. Мечей ни у кого нет, но на поясах — длинные охотничьи ножи, которыми Коты, можно не сомневаться, владеют отменно. Двое были ему отлично знакомы: Даррас, с лица которого так и не сходила ухмылка, и Рисал, глядящий исподлобья. Прихвостни Ивара, как и ожидалось… Еще трое стояли за этими двумя, и Хольм оценил выправку — младшая дружина, никак не меньше.
— Язык придержи, Даррас, — прошипел Тайвор, делая шаг вперед и словно невзначай прикрывая Хольма плечом. — Он гость вождя.
— А, так ты сразу понял, о ком я говорю, да? — продолжал весело лыбиться Даррас. — Бедный Тай, приставили тебя нянькой к этому…
Он окинул Хольма выразительным взглядом, а один из незнакомых Котов усмехнулся, напоказ уронив ладонь на рукоять ножа. Что-то они грубо… Слишком грубо для простой потасовки. Рассимор вряд ли почешет за ушком тех, кто нарушил его приказ и напал на гостя. Хм, если только они не собираются убить Хольма и представить все так, что он сам начал первым. Никто в это не поверит, но им и не надо, главное — убрать Волка с дороги.
Правда, тогда придется убивать и Тайвора. Нехорошо как получается…
— А что, Волк разговаривать не умеет? — с ленцой протянул тот, что щупал нож. — Совсем дикий? Тайвор, ты за него только говоришь или еще что-нибудь делаешь? Ну, в уборной, например, держишь ему кое-что…
— Не ведись, — тихо сказал Хольм, но было уже поздно, Тайвор коротко прошипел что-то про драные уши и шагнул вперед.
Почти в тот же миг за спиной потянуло чужим запахом. Хольм стремительно скользнул в сторону, краем глаза увидев, что из коридора за их с Тайвором спиной показались еще двое. Рыжие волосы, богатый наряд… На один вдох ему померещилось, что это Ивар, сердце даже успело радостно стукнуть, но нет — рядом с высоким широкоплечим незнакомцем стоял Гваэлис. Не Ивар, а всего лишь его верная тень. Итого семеро. На двоих, если предположить, что Тайвор не будет стоять в стороне. А он явно не будет, вон как напряжена спина и скруглены плечи в боевой стойке… Правда, пока еще Кот держался, помня, что у него за спиной безоружный гость.
— Что, один на один не умеете? — негромко спросил Хольм, ловя взгляд того, что дразнил Тайвора, и пытаясь определить, кто здесь главный.
Первым всегда надо бить вожака — наука нехитрая, если знаешь, кто именно у противника главный. Обычно Хольм видел это сразу, но сейчас почему-то не получалось. Что-то не сходилось… Или вожак у него за спиной, то есть уже сбоку?!
— Ты смотри-ка, он все-таки разговаривает! — восхитился Кот. — Эй, Тайвор, малыш, отошел бы ты в сторону, а то на хвостик наступим — больно будет. А мы ведь наступим… нечаянно…
— Много говорите, — тихо уронил Хольм, пытаясь держать взглядом и тех, что впереди, и две молчаливые тени сбоку. — Я гость вождя, и вы это знаете. Хотите бросить вызов самому Рассимору? Или Арлису, вашему Когтю?
Говорить о чести тем, кто всемером явился бить двоих, — дурная затея, все равно что от медведя на дереве прятаться. Но если сказать о наказании, вдруг задумаются? Только бы Тайвор не наделал глупостей… Будь Хольм один, развернулся бы, сбил с ног легонького Гваэлиса и смылся в тот коридор, откуда пришел. Бегство — это не трусость, а отступление. Но Тайвор уже слишком близко к этим пяти и слишком далеко от коридора. Может, без Хольма его и не тронут, а может, выместят зло. Не убьют, так покалечат, и как потом глядеть парню в глаза, если Хольм его бросит? Правильный ответ — никак.
— Дайте дор-рогу, — все-таки сорвался Тайвор на легкий рык. — Ну?!
— Иди, — все так же безмятежно улыбнулся Даррас. — А мы с Волком поговорим. Правда, Волк?
И сделал шаг вперед. Легкий скользящий шаг, словно в танце или в самом начале поединка. И, словно его отражения в невидимом зеркале, так же шагнули вперед остальные четверо.
По-хорошему, Тайвору сейчас надо было прорываться через них и бежать за помощью. Причем с воплями на весь дворец, чтобы слышало как можно больше народу. Такие дела лишних ушей и глаз не любят. Но это означало бросить Хольма. Как ни крути — получится плохо.
Вот когда он истово пожалел, что безоружен. Сейчас бы просто достать нож и поиграть им, чтобы тяжелое блестящее лезвие порхало в воздухе, как мотылек. И глядишь — еще бы одна песчинка упала на его чашу весов. Те, что были в Волчьем городе, видели его поединок с Росомахой, они бы сразу призадумались, на что Хольм способен. Но сейчас перевес на их стороне полностью.
— Поговорим, — согласился Хольм. — Что, не нравлюсь я вам, да? Ну, это ничего, вы мне тоже по сердцу не пришлись. Много мяукаете, котики…
