«Я почти готов поставить собственный хвост, что именно это проделали с твоей Рысью. Посуди сам, она многие годы не могла призвать зверя, но как только приехала к нам, и я, и ее подруга заметили, что в светлейшей Лестане что-то изменилось. Ее Рысь устремилась к ней, я в этом уверен».
Лестана попыталась поднять руку, чтобы тронуть себя за ухо, но не смогла. Уронив ладонь обратно на одеяло, она опять вернулась к строчкам, безжалостно проникающим в ее рассудок.
«Помнишь сережку, которую она потеряла? Ну, ту, что я нашел и предлагал тебе ее вернуть, а ты не захотел? Она так и осталась у меня, а вторую, разумеется, Лестана не стала носить. Если дело в сережках, то стоило ей снять „ключ“, заклятие ослабло… И кое-кто мог это заметить! Вернись она домой полноценной Рысью, и план лишить ее наследства пошел бы ежу под хвост. Им пришлось действовать быстро, да еще на чужой земле, а тут такая удача — Лестана сама отправилась ночью в храм, оказавшись беззащитной. Увы, я не знаю, кому она так неосмотрительно доверилась или кто разнюхал об этом сам…»
Воздух в комнате показался горячим и тяжелым, Лестана облизала губы, заставляя себя дочитать до конца.
«Если сможешь — узнай и напиши мне, кто подарил ей эти проклятые сережки. Но учти, на месте вора лично я попытался бы всучить их чужими руками, так что не кидайся грызть глотку кому попало. Я тем временем попробую пойти по следу с другого конца и узнать у Барсуков, кто сделал такой странный заказ — три одинаковые сережки, если, конечно, это они и есть. Ты же будь осторожен с Иваром. У меня нет ни одного верного свидетельства против него, но этот котик мне не нравится, а он следующий в очереди на место наследника. Чует мой хвост, либо сам Ивар увяз в этом по уши, либо кто-то умело им прикрывается, и неизвестно, что опаснее. Ну и напоследок. Через день после твоего отъезда в саду возле главной площади нашли мертвую Ингрид. Кто-то ударил ее ножом в сердце — и снова никаких следов. То есть Котом от нее пахло, но это как раз понятно, все видели, как она обнималась с Иваром. Может, это был какой-то ревнивец из наших, за ней многие ходили по пятам, но вдруг нет? Поэтому не подставляй никому спину, а я приеду в Арзин, как только смогу добыть хоть какие-то доказательства у Барсуков.
Листок выпал из рук Лестаны на покрывало, и Кайса, подойдя к постели, решительно его взяла. Быстро пробежала глазами и выдохнула:
— Твари!
— Это не Ивар, — слабо возразила Лестана. — Он не мог! Здесь написано, что его могли использовать…
— Но сережки подарил вам именно он? — беспощадно уронил Волк, и Лестана отстраненно заметила, что они снова «на вы», будто волна колышется от берега к берегу, принося то подобие близости, то снова холодную учтивую отстраненность. — Госпожа Лестана, когда ваш… родич призвал зверя?
— Год назад… — прошептала Лестана.
